Волевое планирование и возможности императора Октавиана Августа

Есть представление о планировании, как о чистом листе, на котором можно написать что угодно, а потом волей воплотить это в жизнь. Оно очень популярно у нас в официальном менеджменте, который требует «результата любой ценой», и, кроме того, активно продвигается коучами, которые говорят, что «все ограничения в твоей голове», а значит можно убрать ограничения и садиться за чистый лист планировать свою жизнь.

«Сейчас изберусь главой района. Потом отработаю губернатором два срока. А после уговорю президента отправить меня послом куда-нибудь в Болгарию», — говорил мне один мой товарищ лет двадцать назад. Нужно ли говорить, что жизнь его пошла совсем другим путем? Я видел много политических карьер, и никогда они не были результатом такого планирования, более того, почти все, кто многого хотел, строил планы и много о себе думал на старте («люди, рожденные быть великими»)), остались на периферии.

Какие есть альтернативы такому подходу? Джон Гэддис в книге «О большой стратегии» приводит пример жизни императора Октавиана Августа, где говорит с одной стороны о случайностях в жизни императора, а с другой — о возможностях, которые открывали эти случайные события. Замечу, что Август не был ни самым сильным, ни самым популярным среди солдат, часто болел даже перед сражением, терпел поражения, но, как пишут историки, умел использовать возможности и был при этом адекватен ситуации, помня о главном.

«Октавиан никак не мог бы спланировать все это заранее. Он не мог предвидеть, что разъяренные ветераны убьют центуриона, что Фульвия и Луций поднимут мятеж без помощи Антония, что умрет наместник Антония в Галлии, что Антоний ошибется в своих логистических расчетах, что его войско и солдаты Октавиана откажутся воевать друг с другом или что Антоний сменит курс и женится на его сестре. В отличие от Перикла, Октавиан никогда не пытался видеть причинно-следственные связи в случайных событиях.
Он просто использовал свои шансы, не теряя из виду своих целей. Там, где Антоний спотыкался, он видел возможности для новых шагов. Октавиан держался направления, указываемого его компасом, обходя болота; Антоний же, как иногда казалось, сам искал свои болота, увязал в них, а потом ему просто все надоедало. Он был, как заключает Плутарх, полон «глупого самомнения и непомерного честолюбия».

Нужно быть внимательным к тому, что предлагает жизнь в виде открывающихся дверей (но различать тупики) и новых возможностей, которые несет изменение ситуации.

#стратегия #теория_стратегии #власть #теория_власти