«Я не верю, что это происходит, но то, что вы пришли взглянуть на то, чем я живу все эти долгие месяцы, помогает мне в это поверить».

Я консультирую предпринимателя Дмитрия.

Впервые в жизни он выходит на сцену, чтобы представить публике культурный проект, над которым трудился последние два года.

Можно представить, как он себя ощущает: одно дело — построенные кварталы, Дима — девелопер, другое — спектакль.

Мы разбираем на составляющие его высказывание: ищем точное начало, убираем профессиональный сленг, в котором торчит попытка предстать профессионалом на новом поприще. Мы вместе пробираемся к сути.

Я ощущаю себя шестикрылым Серафимом, не меньше: ещё немного — и Дмитрий выйдет к людям и будет смелым, настоящим, живым на сцене. Рискнувшим сделать то, что запросто могут не принять.

И тут он произносит:
— Кира, я в самом начале кое-что формальное скажу.
— Формальное? — переспрашиваю я.

В этот момент я чувствую себя лётчицей, которую призвали на базу во время выполнения мёртвой петли. Кому и зачем понадобилась формальность?

Два года жизни, вложенные в неизведанное: силы, деньги, внимание, репутация — всё там. И теперь, когда ему предстоит выйти на сцену и сказать, почему существует этот спектакль, почему он его придумал и почему решил показать его другим, в эту минуту — «формально скажу».

Речь начинается не тогда, когда мы формально открываем рот, а тогда, когда мы становимся словом.

Формальность часто выдают за вежливость. И форма помогает дипломатично выразить уважение и не расплескаться в праздное. Но иногда за готовыми словами мы прячемся от самого важного — от самих себя.

«Для меня большая честь», «Разрешите поблагодарить», «Хотела бы отметить» — эти фразы могут быть искренними.

Но стоит произнести их сто раз, как часто делают люди в должности, и между человеком на сцене и залом возникает стена. Невидимая стена. Но ощутимая.

Не бывает формальных речей. Бывает речь, в которой нас нет. А нас и так слишком часто нет в собственной жизни. Мы произносим всё, что положено, и при этом не говорим ничего.

На рабочих совещаниях мы смотрим друг на друга через маленькие окошки на экране: киваем, подключаемся, выключаем микрофон, говорим по очереди.
Все как будто на месте — и всё же никто ни с кем не встречается.

Формальность спасает от неловкости.
Но вместе с неловкостью она отменяет и человеческую близость. Наверное, именно поэтому так легко исчезнуть из собственных слов — особенно тогда, когда есть что сказать.

Отменить формальное — не значит отказаться от такта или формы.
Это значит вернуть форме её назначение. И не обязательно говорить красиво (я до сих пор не понимаю, что это такое). Достаточно сказать искренне то, что возможно сказать прямо сейчас.

Не «я рад приветствовать вас», если вы волнуетесь, а: «Я не верю, что это происходит, но то, что вы пришли взглянуть на то, чем я живу все эти долгие месяцы, помогает мне в это поверить».

Перед тем как говорить, можно сделать паузу, почувствовать пол под ногами и спросить себя (хотите, это можно сделать вслух): присутствую ли я там, где я есть?

И тогда слова перестанут быть тем, чем мы закрываемся от жизни, — и станут тем, чем мы к ней прикасаемся 🤍