М. Е. Салтыков-Щедрин, «Современная идиллия».
Глава XXIII

В Кашине героев заинтересовало местное виноделие. Дело солидное: миллионные обороты и помещичий патриотизм во всей восточной полосе Тверской губернии.
Патриотизм звучал так: «ничего нам от иностранцев не надо! каретники у нас — свои, столяры — свои, повара — свои, говядина, рыба, дичина, овощ — всё своё! вина виноградного не было — и то теперь в Кашине научились делать!»
 Виноделие производится в подвалах и погребах. Процесс выделки изумительно простой. В основание сорта берут подлинную бочку из-под подлинного вина и наливают туда астраханский чихирь с водой. Вода местная: Кашинка, а в Ярославле Которосль, которая «тоже в изобилии обладает хересными и лафитными свойствами. Когда чихирь «провоняет от бочки надлежащим запахом», приходит черёд сдабривания: ведро спирта на бочку, а дальше «на мадеру — столько-то патоки, на малагу — дёгтя, на рейнвейн — сахарного свинца». Автор оговаривает, что передаёт технологию по устным рассказам и «за достоверность которых ручаться не может». Ручается он лишь за отсутствие виноградников в Кашине и Ярославле при производстве там «виноградных» вин.
Потом вино разливают, клеят ярлыки «и прежде всего поят им членов врачебной управы. И когда последние засвидетельствуют, что лучше ничего не пивали», заготовка уходит на Нижегородскую ярмарку и «нарасхват разбирается для всей России».
Экономическую программу излагают приказчики. Вытесняя дорогой иностранный товар и заменяя его собственным производством, виноделы «увеличивают производительную силу страны».
Качество закрывают тем же способом: «ихнее» вино вредительное, наше пользительное, потому что с «ихнего» голова болит, а с кашинского «только с души тянет».
Про цену сказано короче всего: «Агличин, примерно, за свою бутылку рубль просит, а мы полтинник возьмём; он семь гривен, а мы — сорок копеечек».

Салтыков-Щедрин писал сатиру 19 века. Но некоторые рыночные модели, похоже, обладают удивительной способностью переживать века.