ТГ канал «Слаанеш и повседневность» https://t.me/afrika_sl для ТГ канала «Старше Эдды».

Анализировать текущие события (вокруг Австралии, например) с точки зрения идей Маккиндера, несомненно, интересно, но интерес этот носит скорее академический характер. Собственно, разборы работоспособности его теорий в сегодняшних условиях проводились неоднократно, повторять их не буду, остановлюсь лишь на двух моментах:

1. Теоретическом – Маккиндер писал в условиях многополярного мира (или, с т.з. экономики, мира нескольких технологических зон), сегодняшний же мир глобален. Эта ситуация последний раз наблюдалась три с половиной тысячи лет назад, во времена «Глобализации Бронзового века», и закончилось всё тогда плохо (что является одной из причин моего пессимизма в отношении долгосрочных перспектив).

2. Практическом – из модели Хартленда следует (и прямо постулировалась автором) первостепенная важность Восточной Европы. В реальности же мы вместо ожесточённой схватки за неё основных мировых игроков мы с распада СССР наблюдаем там «бои местного значения», выносимые на глобальный уровень лишь застарелыми политическими комплексами.
Идею же о формировании Вашингтоном своего «Панрегиона» с Австралией, но без Канады и Мексики, я, с позволения читателей, комментировать не буду. Равно как и роль Франции, максимально успешный вариант для которой – младший партнёр Германии.
 
Если же проводить анализ исходя из модели углубления леволиберальной глобализации как магистрального сценария развития, то картина вырисовывается следующая:
• Единственным конкурентом глобального леволиберального проекта является китайский левоконсервативный проект. При этом критическими для существования китайской «осаждённой крепости» являются Тайвань и Австралия (о чём я писал ещё два года назад). Значимость последней особенно выросла с (очевидным) принятием РФ роли одного из младших партнёров Запада.

• Исходя из структуры австралийской экономики роль страны (и, соответственно, её элиты) в рамках магистрального сценария будет в лучшем случае стагнировать, а скорее – падать. При этом важной особенностью социальной структуры предстоящих десятилетий станет резкое истончение высшего слоя, из чего неизбежно следует резкое ужесточение конкуренции за место в нём. В рамках же китайского проекта роль Австралии напротив, резко возрастала.*

• Вывод очевиден – австралийские элиты, после продолжительного периода торга, окончательно выбрали сторону, и теперь пытаются заслужить бо́льшую долю в мировых элитах, нежели они могут получить по объективным основаниям.
Из любопытного можно отметить позицию Новой Зеландии, всеми силами уклоняющейся от участия в новом антикитайском блоке. Что совершенно логично – в рамках углубления мирового разделения труда её роль не «Большие рудник и ферма», как у Австралии, а «Первоклассная недвижимость/Элитные продукты/Киностудия». Каковая роль а) требует совершенно иной внешней политики и б) уже подразумевает непропорционально высокую включённость местных элит в мировые, пусть и на специфических ролях.

*Роль «англосаксонской солидарности» в данном случае переоценивать не стоит – меньше ста лет назад военные США и Британской империи увлечённо планировали штурм Торонто\высадку на Кубе, считая друг друга основными противниками в предстоящей Второй мировой.