Οὐδείς ἐστιν οὕτως εὔποτμος ᾧ ἀποθνῄσκοντι οὐ παρεστήξονταί τινες ἀσπαζόμενοι τὸ συμβαῖνον κακόν. σπουδαῖος καὶ σοφὸς ἦν: μὴ τὸ πανύστατον ἔσται τις ὁ καθ αὑτὸν λέγων: ἀναπνεύσομέν ποτε ἀπὸ τούτου τοῦ παιδαγωγοῦ; χαλεπὸς μὲν οὐδενὶ ἡμῶν ἦν, ἀλλὰ ᾐσθανόμην ὅτι ἡσυχῇ καταγινώσκει ἡμῶν. ταῦτα μὲν οὖν ἐπὶ τοῦ σπουδαίου, ἐφ ἡμῶν δὲ πόσα ἄλλα ἐστί, δἰ ἃ πολὺς ὁ ἀπαλλακτιῶν ἡμῶν. τοῦτο οὖν ἐννοήσεις ἀποθνῄσκων καὶ εὐκολώτερον ἐξελεύσῃ, λογιζόμενος: ἐκ τοιούτου βίου ἀπέρχομαι, ἐν ᾧ αὐτοὶ οἱ κοινωνοί, ὑπὲρ ὧν τὰ τοσαῦτα ἠγωνισάμην, ηὐξάμην, ἐφρόντισα, αὐτοὶ ἐκεῖνοι θέλουσί με ὑπάγειν, ἄλλην τινὰ τυχὸν ἐκ τούτου ῥᾳστώνην ἐλπίζοντες. τί ἂν οὖν τις ἀντέχοιτο τῆς ἐνταῦθα μακροτέρας διατριβῆς; μὴ μέντοι διὰ τοῦτο ἔλαττον εὐμενὴς αὐτοῖς ἄπιθι, ἀλλὰ τὸ ἴδιον ἔθος διασῴζων, φίλος καὶ εὔνους καὶ ἵλεως: καὶ μὴ πάλιν ὡς ἀποσπώμενος, ἀλλ ὥσπερ ἐπὶ τοῦ εὐθανατοῦντος εὐκόλως τὸ ψυχάριον ἀπὸ τοῦ σώματος ἐξειλεῖται, τοιαύτην καὶ τὴν ἀπὸ τούτων ἀποχώρησιν δεῖ γίνεσθαι: καὶ γὰρ τούτοις ἡ φύσις συνῆψε καὶ συνέκρινεν, ἀλλὰ νῦν διαλύει. διαλύομαι ὡς ἀπὸ οἰκείων μέν, οὐ μὴν ἀνθελκόμενος ἀλλ ἀβιάστως: ἓν γὰρ καὶ τοῦτο τῶν κατὰ φύσιν.Нет никого столь счастливого, чтобы при его смерти не нашлись люди, которые стояли бы рядом и с удовольствием приветствовали бы это случившееся несчастье. Пусть он был человек достойный и мудрый: не найдется ли хоть кто-нибудь, кто напоследок скажет про себя: "Ну, вздохнём же наконец свободно от этого наставника! Он, правда, никому из нас не был в тягость, но я чувствовал, что он молча нас осуждает". Это - о достойном человеке; а в нас сколько еще такого, из-за чего многие не прочь от нас избавиться.
Так вот, думай об этом, когда умираешь, - и тебе легче будет уйти, если рассудишь так: "Я ухожу из такой жизни, в которой сами мои сотоварищи, те самые, ради которых я столько подвизался, молился и о которых заботился, - сами они хотят, чтобы я удалился, надеясь, быть может, и от этого получить какое-нибудь облегчение". Что же, в таком случае, держаться за более продолжительное пребывание здесь?
Но все же не уходи из-за этого менее благожелательным к ним; напротив, сохраняя свой собственный нрав, уходи другом, доброжелательным и благосклонным. И опять-таки - не так, как если бы тебя отрывали силой; нет, как у того, кто умирает тихо, душа легко отделяется от тела, такою же должна быть и твоя разлука с этими людьми. Ибо природа и соединила тебя с ними, и смешала с ними, а теперь разъединяет. Я разлучаюсь как с близкими, однако не как тот, кого тащат прочь, а добровольно, ведь и это - одно из того, что согласно с природой.
Марк Аврелий, «К самому себе», X, 36.
Интересно, вдохновлялся ли Л. Н. Толстой Марком Аврелием за работой над "Смертью Ивана Ильича"...
Кроме вызванных этой смертью в каждом соображении о перемещениях и возможных изменениях по службе, могущих последовать от этой смерти, самый факт смерти близкого знакомого вызвал во всех, узнавших про нее, как всегда, чувство радости о том, что умер он, а не я.- - -
«Каково, умер; а я вот нет», — подумал или почувствовал каждый. Близкие же знакомые, так называемые друзья Ивана Ильича, при этом подумали невольно и о том, что теперь им надобно исполнить очень скучные обязанности приличия и поехать на панихиду и к вдове с визитом соболезнования».
Эдвард Мунк. «Больная девочка» (Det syke barn). 1885–1886. Холст, масло. Национальная галерея, Осло