Ещё одна заявочка:

Телесность как фактор динамической формы комикса в современной деконструкции героических нарративов («Человек-бензопила» Тацуки Фудзимото и «Бычий цепень» Владислава Погадаева и Евгении Чащиной)

Тело героя в культуре всегда несёт в себе многоуровневую репрезентацию: героическая мифомоторика выражает сложный синтез архетипических паттернов, коллективных надежд и чаяний, а также актуальную биополитическую парадигму. Поэтому и сюжетный троп героической жертвы соотносится не только с архаическим («циклическим») сюжетом, но и с биовластью и идеологическими дискурсами современности. Особенно это заметно в героических нарративах визуального искусства, в частности, в комиксах. Так, классическая супергероика формирует «миф о Супермене» как о носителе гражданского создания, лишенный какой-либо социальной критики, где бесконечная череда смертей и возрождений персонажей обретает черты сакральной жертвы, призванной сохранить статус-кво. Подобная ситуация возникает и в сёнэн-манге, где тела героев подчиняются заданной модели мира и все испытания, которые выпадают им, за редкими исключениями, изменяют статус героя, но не мир. Иное соотношение тела, биовласти и мифомоторики возникает при деконструкции героических нарративов, где телесность становится одним из ключевых факторов динамической формы графического повествования, определяющим её аффективный и эстетический слой. Опираясь на концепции биополитики Мишеля Фуко и Джорджо Агамбена, сакральной жертвы Рене Жирара и мифомоторики Яна Ассмана, в данном докладе мы планируем рассмотреть, как деконструкция героического мифа выражается через поломанные, искаженные, мутированные тела при демифологизации российской провинции и критике социального насилия в тетралогии «Бычий Цепень» и при критике неолиберальной автократии в первой части манги «Человек-бензопила».

p.s. Чё-то пробрало меня исследовать деконструкцию героических нарративов, возможно, это общее разочарование в носитель:ницах прогрессивных идей и наблюдение за тем, сколько (сакральных) жертв у этих нарративов, будь то справа, будь то слева. Вот такая вот подкова

p.p.s. Чтобы не заканчивать на грустной ноте, вспомним о Латуре и о том, что за пределами героических нарративов всё же есть «собрание». Жду, что Фудзимото дойдёт до него в приближающемся финале второй части «Человека-бензопилы» (и надеюсь, что будет круче концовки «Огненного удара», что довольно непросто)

☺️☺️☺️