Скажите, какие из приведенных выше святоотеческих мнений о помазании Иисуса Христа кажутся вам наиболее неожиданными и смелыми?

На мой взгляд, это богослужебная традиция, смешивающая детали всех рассказов в единый микс. Или предположение, что все Евангелисты-синоптики говорят об одном событии. Вот как можно совместить рассказ евангелиста Луки, про «возлюбившую много», с обстоятельствами Вифанского помазания? Но именно эти самые смелые предположения подкреплены максимальным авторитетом. И если богослужебные тексты, совмещающие в единое пространство Симона-фарисея и Вифанию, негодование Иуды и покаяние грешницы, можно воспринимать, как некую поэтическую вольность, художественный приём. Но, Иоанн Златоуст – самый влиятельный и популярный христианский комментатор, высказывает предположение, что и Матфей, и Марк, и Лука пишут об одной и той же женщине, и делает это предположение в максимально конкретном жанре евангельского комментария.

Именно поэтому, мне кажется, необходимым читать святых отцов. Во-первых, это в общем расширяется горизонты. Во-вторых, лечит от мнения о безошибочности святых отцов. (Ведь, коль скоро, речь в Евангелиях идёт о реальной истории, то существует только один правильный вариант её согласования). Ну и наконец, в-третьих, они служат прививкой от желания догматизировать тот "единственно верный" подход к Писанию, с которым ты когда-то познакомился (в воскресной школе или в семинарских учебниках, неважно).

У отцов часто мы не найдём какого-то точного однозначного ответа для разрешения того или иного недоумения, возникшего при чтении библейского текста. Слишком разные, а порой просто противоположные точки зрения на подобные вопросы мы найдём в их творениях. Но это воспитывает определенное смирение перед библейским текстом. Ну, не всё в нём может быть однозначно понятно. Однозначно понятен только учебник арифметики. Нет и специального святоотеческого ответа на любой вопрос. Есть святоотеческая любовь к Писанию и желание его понять.