ВОЗНИКНОВЕНИЕ СИМВОЛИЧЕСКОГО ПОРЯДКА КАК СОБЫТИЕ И КАКОЕ ОТНОШЕНИЕ ЭТО ИМЕЕТ К РЕЛИГИИ

Сейчас у меня идет сессия, я много думаю о философии, о психоанализе, своем диссере и прочих таких делах. По сему поводу решила поделиться небольшим размышлением на тему События.

Каждый субъект входит в человеческий порядок, принимая определенные правила и нормы, функционирующие в обществе, которое его окружает. Усвоение определенной символической разметки не происходит в одночасье, а формируется постепенно. Систему ориентирования ребенку передают значимые другие, которые находятся с ним рядом и сами следуют заведенным правилам. В самой речи можно проследить то, что эти принципы кем-то заданы, но непонятно кем. Ребенок слышит: «так принято», «так надо», «так делать некрасиво» — но кто все это принял и определил непонятно.

По подобным способам говорить о житейских догматах можно отследить родственность феномена, с которым мы имеем дело, тому Закону, своего рода социальному пакту, который учреждают сыновья, после того как убивают отца в «Тотеме и табу». Этот Закон собирается под приматом чувства вины, которое они испытывают, убив отца. С этих самых пор есть правила, согласно которым сыновья буду простраивать свою жизнь.

Похожим образом дело обстоит и с правилами языка, определенной структурой позволений и табу, которые субъекту необходимо освоить, чтобы встроиться в социальную жизнь. Им подчиняются все, кто говорят на языке, но где исток этого закона — неизвестно. Каждый, кто соглашается войти в этот символический порядок и пользуется им, априори верующий, поскольку он дает свое согласие на подчинение Закону, который учрежден кем-то запредельным, не-присутствие-размерным, как сказал бы Хайдеггер. Он верует и принимает заповеди того, в кого верует. Функция авторитета здесь возникает автоматически, стоит только открыть рот или произвести мысль. Этот авторитет вынуждает считаться с собой, ставя под сомнения первоначальные намерения, с которыми речь задумывалась — это ли не религиозная модальность?

Медленно, но верно — не во всех, конечно, случаях — субъект принимает и интернализирует закон символического, исходить из которого будут все его действия, мысли и намерения, хоть он об этом даже и не будет задумываться, даже если он будет всячески противиться этому закону.

Это вторжение символического порядка в жизнь субъекта является масштабным событием в его истории, по отношению к которому можно повести себя по-разному: либо принять его, либо нет — но это уже вопрос других размышлений.

Мы приходим к конкретной темпоральности символического события: внезапная инверсия от «еще нет» к «всегда уже» — либо ты сказал да, либо сказал нет. Так, пожалуй, можно прокомментировать идею Лакана о том, что в наши дни верующими являются все, кто использует язык. Истинными же атеистами в этом смысле являются разве что аутисты, чья этическая позиция заключается в отказе от речи.