Происходящее с Советом мира как нельзя лучше описывает известный анекдот про мастер-класс о том, как заработать миллион. Напомню классику: собирается полный зал людей, заплативших по десять тысяч за вход, чтобы узнать секрет быстрого обогащения. Выходит лектор, спрашивает, сколько людей в зале и какова цена билета, умножает на доске сто на десять тысяч, получает искомый миллион и со словами «Мастер-класс окончен» удаляется за кулисы. Дональд Трамп, по сути, масштабировал эту нехитрую схему до размеров земного шара, предложив мировым лидерам скинуться по миллиарду за право просто посидеть рядом с ним в президиуме.

То, что многие политологи поспешили окрестить «беспрецедентным геополитическим предложением» или сравнивают с советской геронтократией, на самом деле является абсолютно типичной, хрестоматийной вехой в биографии любого крупного бизнесмена. Схема стара как мир: первую половину жизни ты работаешь на деньги, вторую половину — деньги работают на тебя, а на закате карьеры, когда все башни уже построены, а конкуренты поглощены, ты запускаешь свой эксклюзивный спецкурс, открываешь школу имени себя или, как в данном случае, учреждаешь Совет мира. Трамп просто перешел из стадии девелопера в стадию глобального инфобизнесмена, продающего не квадратные метры, а «успешный успех» и сопричастность к величию. Это не реинкарнация Политбюро, это скорее самая дорогая в истории выездная мастерская личностного роста для глав государств.

При этом питать иллюзии, что это новообразование будет функционально отличаться от ООН, по меньшей мере наивно. Проблема текущей архитектуры безопасности ведь не в том, что старые институты сломались, заржавели или у них плохой устав. Проблема в том, что любые правила — будь то устав ООН или правила дорожного движения — работают ровно до тех пор, пока участники конвенции добровольно соглашаются их соблюдать. Мировой порядок зашатало не из-за дефицита красивых залов для заседаний, а из-за того, что ключевым игрокам одновременно стало лень останавливаться на красный свет. Новый Совет мира в этом смысле выглядит как новая блестящая игрушка, купленная взамен старой, надоевшей. Первое время она будет сверкать новизной и радовать глаз, но очень скоро потускнеет ровно по тем же причинам — как только первому «акционеру» не понравится коллективное решение, магия нового бренда испарится, оставив нас с очередным бесполезным дискуссионным клубом.

Куда более тревожным выглядит финансовый аспект этой авантюры, особенно в контексте российских интересов. Фактически Трамп предлагает восстановить Газу чужими руками, и Россия теоретически может оплатить этот банкет своими замороженными активами. Здесь возникает опасная логическая вилка. Мы категорически отказываемся передавать эти средства на восстановление Украины, называя это грабежом, но готовы с легкой руки отдать их на стройку в Газе ради места в первом ряду шоу Трампа? Но где гарантия, что, создав механизм изъятия «на благие цели» один раз, нас не заставят по второму кругу скинуться уже на украинский кейс, используя ту же схему? Кроме того, давайте не забывать, что «замороженные активы» — это не абстрактная государственная кубышка. Там лежат деньги вполне конкретных компаний, банков и даже частных лиц — граждан России. Мы рискуем создать ситуацию, когда за геополитические амбиции заплатят конкретные российские экономические субъекты, чьи средства просто спишут в фонд «мира и процветания» имени американского президента.

Ну и, конечно, отдельной иронии заслуживает список тех, кто уже успел выкупить места в партере этого театра. Венгрия, Казахстан, Вьетнам — перечень первых вкладчиков выглядит до боли знакомо. Это та самая категория участников, которая обычно первой прибегает на лекции бизнес-гуру и занимает места в первом ряду с блокнотами наперевес. Как правило, это крепкие менеджеры среднего звена, которые искренне верят, что если сесть поближе к миллионеру и старательно записывать его афоризмы, то можно узнать тот самый секретный ингредиент успеха, минуя скучные этапы первоначального накопления капитала и жесткой конкурентной борьбы.

Ваш Юрий Долгорукий