Георгий Янс наконец озвучил то, что все понимали, но предпочитали прикрывать благородной риторикой о равных возможностях. Мы не равны. Никогда не были и не будем. Касты существуют независимо от того, признаем мы их юридически или нет, а сегрегация – естественное состояние любого общества, просто в разных культурах она оформлена по-разному. В Индии тебе при рождении мажут лоб краской определенного цвета, и вопрос закрыт. В западных обществах тебе великодушно разрешают побороться за место под солнцем, якобы только за счет личных усилий. Правда, почему-то у детей из семей с накопленным социальным и материальным капиталом эти «личные усилия» дают куда более впечатляющие результаты. Высшее образование как раз и служит одним из инструментов этой сегрегации – оно не может и не должно быть для всех, потому что умственные способности, мотивация и прочие качества, необходимые для овладения сложными компетенциями, распределены в популяции неравномерно. Как бы мы ни старались сделать вид, что живем в мире, где каждый может стать кем угодно.

Парадокс в том, что вся эта истерика вокруг доступности высшего образования и требования обеспечить дипломами всех желающих проистекают именно из его изначальной элитарности. Никто бы так отчаянно не рвался в вузы, если бы диплом не был маркером принадлежности к привилегированной касте. Штука в том, что в погоне за этим маркером общество размыло само понятие элитарности, превратив высшее образование в ширпотреб. Когда диплом есть у шестидесяти процентов населения, он перестает быть признаком исключительности и становится просто бумажкой, которую требуют при приеме на работу продавцом или администратором. Система образования превратилась в фабрику по штамповке дипломов, где аграрные вузы готовят психологов и менеджеров, а качество подготовки уже давно никого не интересует.

Поэтому то, что происходит сейчас с высшим образованием – не катастрофа, а возвращение к норме. Оно просто перестает притворяться общедоступным и снова становится тем, чем должно быть по своей природе – привилегией меньшинства, за которой стоит реальная квалификация, а не просто корочка для галочки. И я не понимаю истерики вокруг «оболванивания населения» и насильственного превращения его в плебеев. Во-первых, никого нельзя сделать плебеем насильно, если он сам таковым не является. Социальный философ Эрик Хоффер полжизни проработал грузчиком и батраком, но это не помешало ему создать работы, с которыми знаком каждый по-настоящему образованный человек. Интеллекту ничто не помеха, кроме отсутствия самого интеллекта. Только давайте честно ответим себе на вопрос – много ли в нашем обществе потенциальных Хофферов, которым отсутствие вузовского диплома реально мешает реализоваться? Цифры говорят сами за себя.

Во-вторых, современное школьное образование и колледжи – это не церковно-приходские школы девятнадцатого века, где учили расписываться собственным именем. Это технологичные институции, ориентированные на развитие множества компетенций, вполне достаточных для полноценной жизни и карьеры. И возможно, далеко не каждому нужно тянуться к планке, которая лично ему не только недоступна, но и объективно не нужна. Слесарь или техник с хорошей подготовкой будет и зарабатывать больше, и приносить обществу больше пользы, чем очередной юрист или экономист с купленным дипломом и полным отсутствием квалификации. Проблема в том, что мы до сих пор не можем избавиться от советского мифа о том, что диплом вуза – это путь наверх, хотя давно уже очевидно, что это путь в никуда для большинства.

Ваш Юрий Долгорукий