Бёк, по его словам, стремился продемонстрировать в своих стихах не только гибкость английского языка, но и то, что каждый гласный звук обладает своим особым характером. Удалось это ему или нет, бог весть: полного текста книги я раздобыть не смогла.
Впрочем, «Эвноя» стала бестселлером не только в Канаде, но и в Британии: там какие-то невероятные — особенно для поэзии! — цифры, десятки тысяч проданных экземпляров. Сам же Бёк полагает, что народ скупал его сборничек не столько из любви к искусству как таковому, сколько из интереса к словесной эквилибристике и из любопытства: как же поэт выкрутился, затолкав свою «музу» в такие жёсткие рамки, смог ли он вообще написать нечто стоящее, исполненное литературной ценности, в таких-то условиях? Собссно, писал он эти стихи примерно по тем же самым соображениям.
Первая часть книги тоже называется Eunoia — это самое короткое слово в английском языке, которое содержит все пять гласных. Стихи здесь строятся по принципу моновокализма: в них используются любые согласные, но только один гласный — тот, которому посвящена глава.
Вторая часть — Oiseau, это уже самое короткое французское слово, где собраны все пять гласных. В эту часть как раз и включено стихотворение «Гласные», перевод которого я запостила в Поэзии по понедельникам. В комментариях к посту закономерно возник вопрос: как же выглядит оригинал?
Я его и сама искала перед тем, как публиковать перевод, но как-то он у меня вовремя не нашёлся. Но вот я покопалась в сети немного подольше и понастойчивей, и вуаля.
Vowels
loveless vessels
we vow
solo love
we see
love solve loss
else we see
love sow woe
selves we woo
we lose
losses we levee
we owe
we sell
loose vows
so we love
less well
so low
so level
wolves evolve
В этом стихотворении Бёк использует только те слова, что складываются только из букв, составляющих слово “vowels”.
Получается, чтобы соблюсти правила игры, переводчик вынужден просто-напросто сочинить собственный текст на русском языке. То есть мы, по сути, читаем в переводе Марины Бородицкой не то, что написал Бёк, а то, к а к он это сделал.
Умберто Эко, рассуждая о поэтическом переводе, замечает, что недостаточно воспроизвести эстетическое воздействие оригинала:
нужно дать читателю перевода ту же возможность, которой располагал читатель оригинального текста, возможность «разобрать устройство», понять, какими способами производится воздействие, и получить от них удовольствие.
Мне кажется, в русском переводе «Гласных» Бородицкая вот именно такую возможность нам и даёт.