Андрей Борисович Есин, которого я цитировала, вообще написал целое пособие «Принципы и приёмы анализа литературного произведения», сетуя на то, что многие учителя-словесники и юные филологи не умеют в научный анализ художественного текста. И это печальный факт: они превращают его в игру в интерпретацию.
Играть в интерпретацию легко и порой даже весело. Да что там, этот навык даже специально тренируют в языковых ВУЗах, и неслучайно этот формат работы с текстом в шутку называют «
интертрепацией». Плохо, когда эти приёмы перекочёвывают в типа научные филологические статьи (я видела всякое).Однако статьи эти читают в основном другие филологи по работе (если вообще), а непрофессиональный читатель обычно читает (и смотрит) другое. И пока такой контент остаётся в рамках впечатлений от текста или же напротив
Но вот что бесит.
Когда в интерпретацию художественных произведений начинают играть типа тоже учёные, но не филологи, а там психологи, культурологи, политологи, you name it. Так-то и пусть бы их, играть можно всем, но ведь довольно часто это анонсируется (или по крайней мере воспринимается, судя по комментариям) как супероткровение, как реальный смысл книги и единственное верный ответ на жуткий вопрос: «Что хотел сказать автор?».
В подобных разборах не придерживаются методов и принципов литературоведения (сюрпрайз, они есть), даже элементарной доказательности (зачем что-то доказывать, это ж не физика и не математика, да?), но вуаля — персонажи вместе с писателем препарируются и подаются под соусом из тараканов и любимых мозолей автора (
чот фу какое сравнение вышло), а читатель/зритель оказывается вдруг потрясён и пишет комментарии, что теперь-то он наконец узнал правду и всё понял, спасибо автору канала, а то тупые филологи (а тем более сами писатели и поэты) вообще ничего не соображают и объяснить не могут.Вот тут-то у меня и случается профессиональное подгорание. Литературовед — типа дурень, потому что не смог найти подтверждения неким идеям и характеристикам, а потому отмёл их, а вот некоторые незамутнённые коллеги по гуманитарным дисциплинам эти подтверждения даже не ищут, а вместо этого просто забивают и на эпоху, и на личность автора, и на документы (дневники, письма etc.), и на то, что персонажи — не «живые человеческие люди»™, а художественный мир — не есть копия мира реального, законы там, мягко скажем, немного другие. И ладно бы, это обозначалось как пресловутые читательские впечатления, но нет — это выдаётся именно за анализ, и даже типа научный, ведь авторы-то — вполне себе могут быть кандидатами наук.
Нет, я не считаю, что у филологов монополия на художественный текст как объект исследования, только хорошо бы было уточнять и предмет, и метод, и цель (и, справедливости ради, существуют люди, которые так и делают), или хотя бы предупреждать, что просто играешь в интерпретацию, тоже ведь своего рода гимнастика для ума.
А то уже, знаете, глаз дёргается от некоторых «сенсаций» вроде, цитирую почти дословно, «Татьяна не нравилась Онегину, потому что была «русская душою», а тот был западник», или «Гамлет» — это на самом деле гей-драма (уж не говорю о такой дичи, как «Гамлет» — это предсказание Чернобыльской катастрофы (sic!)). И ведь такие вот экзерсисы находят отклик у читателей, травмированных, видимо, коллективной МарьВанной в арсенале которой было три фразы Белинского и одна — Добролюбова. Впрочем, даже у теории плоской земли есть адепты, чего уж ждать от зыбких литературных почв, которые так плодородны (я королева каламбуров).
И вот тут мне делается немного страшно, потому что если авторы таких «откровений» просто дурят читателя, выдавая игру за — pardon my French — экспертное мнение, это одно, а вот если и сами верят в это всё, то дело швах.
*уходит, чтобы предаться мрачным размышлениям о судьбах гуманитарного знания*