«Особое чувство собственного ирландства» — это не только книга Пата Инголдзби, прекраснейшего, но и такая штука, занимавшая многих (около)ирландских авторов, а исследователей их творчества тем паче.

Достаточно ли родиться в Ирландии, чтобы считаться ирландским писателем, где бы ты ни жил? Можно ли выбрать Ирландию своей родиной, проникнуться её духом и традициями и эдак вот сделаться ирландским писателем?

Вопросы такие, знаете, на сто сорок диссертаций.

Свифта, например, любят записывать в ирландцы, подмигивая, мол, ну как же, вы только посмотрите на весь этот абсурд и сарказм. Сам Свифт — англичанин, родившийся и почти всю жизнь проживший в Ирландии, — был категорически против такого — считал, что это — pardon my French — колониализм и культурная апроприация (прогрессивные кураторы и преподы криэйтив райтинга смахивают слёзы умиления).

Шеймаса Хини, вполне себе ирландского ирландца, как-то включили в антологию современной британской (sic!) поэзии. Поэт настолько возмутился, что срочно опубликовал по поводу стихотворение «Открытое письмо». Не помню, писал он там, чтоб я хоть раз пил за здоровье королевы, и вообще у меня паспорт зелёный, так что «британский» — это вот никак не про меня, вы что.

Называть, скажем, Джойса сугубо ирландским автором — это, вроде бы, для графа де Ла Фер слишком мало, ибо гений его возвышается над народами и имеет мировые масштабы, считают некоторые филологи. Типа любой другой европеец мог подобное написать — времена были такие, но написал ирландец, который, мол, и Ирландию-то не очень любил (да и она его не то чтобы): «Ирландия — это старая свинья, пожирающая свой помёт», — говорит Стивен Дедал, правда не в «Улиссе», а в «Портрете художника в юности».

Но всё-таки, прожив большую часть жизни в эмиграции, Джойс писал об Ирландии и ирландцах, постоянно возвращаясь в свой «внутренний Дублин».

Бернард Шоу прожил почти всю жизнь в Англии да и писал в основном об англичанах (и, скажем так, о людях вообще), но ощущал себя чужаком и считал, что останется таковым до самой смерти.

Чужой, вероятно, чувствовала себя и Айрис Мёрдок, которую увезли в Англию ещё младенцем. В молодости она пестовала своё ирландство, писала сатирические статьи, где поносила всё британское и восхваляла ирландское и кельтское. Заявляла, например, что Шекспир, скорее всего, был ирландцем, ибо бриты слишком тупы — не мог среди них появиться такой гений.

В зрелости же, будто спохватившись, стала называть себя англо-ирландкой и в вопросах британского снобизма пыталась переиродить Ирода, явно желая сделаться своей для англичан. Ирландская писательница Дженнифер Джонстон подметила как раз, что Мёрдок «изо всех сил старалась не быть ирландкой».

Впрочем, ирландцы-то ей вовсю гордились — как же, плодовитый писатель, философ и первый ирландский лауреат Букера — и записывали в свои. А после её смерти всплыли письма к её близкой подруге Филиппе Фут, где Мёрдок жаловалась, что вот с ирландцами все цацкаются, а ведь страна и народ ужасны и бесят её аж до ненависти, а она, бедняжка, не может всё это высказать вслух. Неловко получилось.

Вообще подобные love-hate relationship с родиной характерны для (около)ирландских интеллектуалов (часть русской интеллигенции горячо жмёт им руку и лезет целоваться). Сложная история, сложная судьба, чо. Но, цитируя Джойса, «мы не можем сменить родину, давайте-ка сменим тему».

Вопрос «национальной идентичности» литератур — штука непростая (Набоков вот — он русский или американский автор? Не спешите с ответом😅). Тут надо окунаться в концептосферы, изучать рецепцию и всё такое, и при этом стараться никого не обидеть (что по сегодняшним временам практически нереально).

А можно, например, последовать примеру замечательного переводчика Шаши Мартыновой, и считать, например, «ирландской литературой тексты, написанные либо человеком, родившимся в Ирландии и считающим себя ирландцем, либо в Ирландию понаехавшим, но считающим себя ирландцем».

А можно вообще на это счёт не париться и просто читать и любить хорошие книги, где бы они ни были написаны. Сейчас, мне кажется, это особенно важно.