Могла ли рыжая Тереза на зелёном диване оказаться чернокудрой Мойрой на полосатом матрасе? Ну, будь это вымысел, могла бы, на всё воля автора. Всё по замыслу его.

Но Маккорт-то типа мемуары пишет: уж какая девица досталась, такая и досталась, как бы ни хотелось завернуть метафору поизящнее: «Какие же это, чёрт побери, кубики, когда это жизнь моя»(с)

Впрочем, я уж сказала, как в Лимерике на Маккорта обиделись и давай считать несостыковки. Среди поводов для недовольства оказалась и Тереза Кармоди. Зачем, вопрошали добрые жители Лимерика, зачем, о Фрэнк, сын Мэйлахи, ты превратил несчастную, умирающую от туберкулёза девочку в развратную и похотливую девку? «Разве так хорошо, разве так удобно?»(с)

А действительно, зачем?
Просто потому что всё так и было? Но как ни крути, мне кажется, «Прах Анджелы» — всё-таки не мемуарная проза (хотя память порой подводит даже самых ответственных документалистов), а скорее тот жанр, который сейчас именуется «автофикшн» — «вымысел абсолютно достоверных событий и фактов», пограничье между автобиографией и художественной прозой.

Поэтому не столь важно, стала ли Тереза Кармоди первой женщиной Маккорта в реальной жизни, куда важнее, что для книги он выбрал именно её:

«Дверь открывает Тереза Кармоди. Волосы у нее рыжие, а глаза зелёные, как луга за Лимериком. Сама она бледная, только на щеках горит яркий румянец».

Да это же просто персонификация Ирландии!
И тащит она его не на какой-нибудь, а на зелёный диван, и об этом его цвете Маккорт весьма навязчиво читателю напоминает. Прям не ложе любви, а изумрудный остров.

Писатель Маккорт буквально за пару страниц сводит свою чахоточную возлюбленную в могилу, а герой-Маккорт решает отказаться от карьеры на почте и накопить на билет до Америки.

Ирландия в этом тексте, может, и красива, может, и дорога герою, но мертва — нет смысла её любить, а Америка в прямом смысле принимает его в своё лоно, едва он ступает на её берега. И Америка — это не чахоточная хрупкая дева, а бойкая, богатая и зрелая женщина. Почувствуйте разницу, как говорится.

Такая вот #игра_в_интерпретацию
А хотел ли что-нибудь такое сказать автор — да кто ж его знает. Отдав книгу читателям, он утратил над ней власть, а рецепция — такая рецепция.