Старший из 5 братьев и 3-х сестер, Николай Бестужев (Н.Б.), будучи 34 лет, попал вместе с братьями в водоворот 1825 г.; стоял на Сенатской площади с Гвардейским экипажем из Кронштадта; стыл, страдал, бежал, когда на них обрушили картечь, сначала в узкие петербургские улицы (его спрятал в доме незнакомец), а потом, бросив саблю у матери, ушел «в Кронштадт... поздно ночью в холодной шинели и тонкой обуви».

Пытался бежать в Финляндию; «красился и переодевался» в матросское платье / тулуп, «прошел до Кронштадта к любовнице»; был там предупрежден ее «благородным мужем» (кругом — сыщики); наконец, схвачен неподалеку, не доходя Толбухина (маяк), в «домике матроса», куда забрел (голоден, без сна), чтобы одолжить поесть (Воспоминания Бестужевых; Следств. дело Н. Бестужева).

А кто он такой? Военный путешественник, Его Величество капитан - лейтенант (майор по-сухопутному)! Месяцами ходил вдоль берегов Европы, под боком Наполеона, на «Северной звезде» с 74 пушками! На сияющем «Не тронь меня»! На фрегате «Проворном», добравшемся до Гибралтара! Тот, кто видел на закате каменную глыбу Гибралтара; заходил в Роттердам с моря; гулял по Парижу с видом победителя, рассматривая — сами знаете кого!

А на берегу? Начальствовал над морским музеумом в Адмиралтействе! Модели кораблей и манускрипты должны жить и скрипеть! Был божественным часовщиком! Его хронометры — как циркули! Однажды — был господином всех маяков в Финском заливе. Нужно светить даже в тумане! Масон, художник, любовник чужой жены и летописец от Бога! Если хотите свой портрет по памяти на слоновой кости, это — к нему! Историограф флота, беллетрист; любитель свободы, к тому же танцор и артист! (Воспоминания Бестужевых). У каждого из нас — 100 лиц. У него — 200!

Была сцена по Рембрандту — тускло, горит огонь; но ярко горит; вся семья в сборе в ночь перед мятежом, 13 декабря 1825 г. Мать счастлива. Старший брат — Николай (34 года), потом Александр (28), Михаил (25), Петр (21), Павел (17); сестры Елена (33), Мария (30?) и Ольга (30?).

Все вместе и рядом, можно до каждого дотронуться. «Мы все пятеро сели за стол с тремя сестрами и матушкой посередине». Она «со слезами на глазах благодарила Бога за его неизреченную милость, даровавшую благо свидеться после долгой разлуки с нами и видеть всех нас вступившими на блестящий путь будущности… Она, любуясь нами, осыпала нас своими материнскими ласками» (М. Бестужев. Воспоминания).

Этого не случится больше никогда. Мятеж, они расстанутся навеки. Так бывало тогда: шаг в сторону, потом другой, оттолкнуться верстами, и больше не увидеться — навечно. Воображаемые дети, письменные, бесплотные, высланные на другой край света, мятежники, их письма тащатся месяцами.

А с кем ему еще никогда не увидеться? У него была женщина, вся семья знала, что она есть, и принимала ее. По имени — Любовь (как иначе?), всегда почтительно — Любовь Ивановна, по мужу (одному из лучших людей) — Степовая. Зауряд - история: встретились (1813), ей — 30 лет, ему — 22, мужу, Михаилу Гавриловичу, директору Штурманского училища в Кронштадте — 44; детей нет.

Вот письмо Бестужева, из долгого плаванья: «Я живу не живя или скорее только существую, счастье мое ушло, и мне не остается ничего, кроме воспоминаний… Все, что есть у меня сейчас дорогого, — это Ваш медальон, который я ношу... Может быть, еще три-четыре месяца, и я буду иметь счастье прижать Вас к своей груди. Прощайте. Знайте, что я никогда не изменю Вам. Прощайте. Ваш навсегда» (1815).

Навсегда? Не изменю? «С какой радостью я полетел бы к Вам сказать сто раз, что я люблю Вас, что живу для Вас... Нужно ли говорить, что я люблю Вас и что каждое мгновение посвящено Вам... Чем дальше я от Вас, тем больше моя душа и мысли стремятся к Вам» (февр. 1816) (Зильберштейн. Художник декабрист Н. Бестужев).

В семье Степовых родились дочери: Лиза (1817), Фофа (Софья, 1819), Варя (1822). До них — никого. Любой союз, где есть дети — за плотно закрытыми дверями. Его нельзя трогать. Кто кого беззаветно любил, кто чем жертвовал, кто и когда родился? Закрытые двери!