Пока Одиссей возвращается на киноэкраны, вспоминаем о возвращении книжном: в интервью с переводчиком Григорием Стариковским, который совершил собственное многолетнее плавание по тексту Гомера, — о том, как избавить эпос от архивной пыли, почему в работе над переводом ориентиром стал Лев Толстой и как поэтический ритм создает эффект замедленной съемки.

Иногда кажется, что мир существует, чтобы раздавить человека, а человек заброшен в мир, чтобы выжить. Так вот «Одиссея» — текст номер один про выживание и возвращение домой. Одиссей обречен на выживание. Но, наверное, это слишком личное. «Одиссея» для меня очень личная книга.

🧿 «Одиссея» Гомера

🧿 Сумка «Скоро бу» и набор эпических стикеров