В связи с ростом цен на топливо и замечательным постановлением Правительства, вводящим запрет его независимого экспорта, захотелось ещё немножечко прокомментировать. Проакцентируем ещё раз на всякий случай – запрета на экспорт топлива нет, есть запрет именно экспорта независимыми агентами.

Вообще когда сам запрет вышел, хотелось просто сделать небольшую заметочку с указанием дыр для экспорта, но после того, как тема продолжила муссироваться на недавнем совещании с Правительством, показалось, что раскрыть её надо сильно подробнее.

Так что по причине того, что у текущей топливной темы есть много измерений, поедем разматывать потихонечку, будет долго.

Измерение первое — геополитическое.

Вы могли пропустить за утренним кофе, но последние два года у нас налицо вполне активное и даже временами вполне силовое противостояние крупнейших держав мира за новую архитектуру мировой безопасности, экономики и торговли.

И так уж складывается история человечества последние несколько тысяч лет, что во времена разборок цены на ресурсы возрастают. Не со зла, конечно же, просто в трудные времена:

- люди и структуры склонны накапливать ресурсы, когда страшно;

- военные действия и приготовления к ним приводят к повышенному расходов ресурсов;

- количество источников ресурсов резко меньше привычного, мирные эффективные маршруты разрезаются на части;

- в условиях противостояния резко возрастает значение фактора доверия, что приводит к большим затратам на посредников и транспорт;

- повышенные риски приводят к удорожанию страхования или мер безопасности.

Иными словами, геополитическая ситуация делает сценарий повышения стоимости ресурсов практически единственно возможно прогнозируемым. Так что рост цен на энергоносители и прочее разное на внешнем рынке — это объективная реальность, от которой не деться.

Ремарка: Вы заметили, конечно же, что Россия принимает самое живое участие в разборках, выступая временами их катализатором.


Измерение второе — денежное.

Надеемся, вы ещё не забыли, что цены на энергоносители обычно номинируются в долларах. А доллар у нас в последнее время вследствие одновременно экспоненциально ускоряющегося печатного станка и сужения зоны долларовых расчетов подвержен инфляции.

То есть на период повышения цен на ресурсы накладывается ещё и долларовая инфляция. Бенефициары печатаемых долларов готовы платить за дефицитные ресурсы больше, чем вынуждают остальных тоже платить больше. Как следствие — долларовая инфляция точно так же разгоняет цены на внешних рынках. И так как факторы, разгоняющие долларовую инфляцию, никуда не исчезнут (разве что случится чудо и ФРС взвинтит ставку и отключит станок, но это приведёт к схлопыванию экономики в штатах и ускорению дедолларизации, то есть от инфляции в итоге тоже не поможет).

При этом есть ещё один интересный аспект валютной торговли. Практически весь объём нашего серого дизеля, который сейчас идёт на экспорт, продаётся именно за доллары. Причем объёмы этого долларового экспорта весьма значительны. Наш серый дизель спокойно торгуется за доллары в Роттердаме и Фуджейре, в том числе через американских и европейских трейдеров и посредников. Конечно, с хорошими комиссиями. Но как это помогает декларируемому процессу торговли за рубли, никто не знает. Быть может потому, что никак.

Ремарка: Россия отчасти вынужденно из-за санкций, отчасти самостоятельно в силу крайней стратегической выгодности этого процесса, выступает важнейшим игроком и катализатором процесса дедолларизации мировой экономики.


Измерение третье — ресурсно-дефицитное

Так уж сложилось, что одной из основ рыночной цены является баланс спроса и предложения. Если какого-то товара на рынке завались, то цена снижается, если какого-то товара на рынке не завались, то цена на него растёт, так как желающих больше, чем пирожков.