Правители против суверенитета
(начало тут)

Но, конечно, самая яркая иллюстрация борьбы государства против национального суверенитета — это слом интернета. В начале 2010-х Россия воспринималась, как «государство, способное бросать вызов любым американским бигтех-компаниям»: ВК в ранние годы рос сопоставимым с Фейсбуком темпами, и вместе с Яндексом намеревался, безо всяких шуток, покорять весь мир; российские соцсети, российский сегмент ютуба и даже «кириллический ЖЖ» вообще никогда не были, собственно, «российскими» — они всегда были «русскоязычными», служа инструментом «мягкой силы» огромного масштаба.

Ничего этого больше нет. Действия Роскомназдора с 2012 года были направлены на максималькое «окукливание» интернет-бизнеса в рамках максимум ЕАЭС, делая невозможной подлинную глобальную конкуренцию. Оказалось, невозможно построить глобальный ВК, если любой отставной козы младший барабанщик способен палить все переписки всех желающих; оказалось, если идти на конфликт с сорокамиллионной страной, то твои технологические конторы немедленно идут на мороз и теряют гигантский рынок с лояльной аудиторией, которую воспитывали десятилетие; оказалось, степень влияния силовиков на бизнес технологических компаний обратно пропорционально возможности этих компаний на глобальную экспансию.

Запрет ютуба, новая иництатива о регистрации блогеров и запреты на рекламу — это тоже борьба против суверенитета России. Это фактический запрет на «мягкую силу» для России и ее граждан; это запрет на экспансию русской культуры. Ни для кого, в общем-то, не секрет, что наших блогеров читают и смотрят по всему русскоязычному пространству, включая ту самую Украину, которая одновременно «один народ» с нами, согласно доктрине Путина, но при этом теперь не сможет даже технически находиться с русскими в одном информационном и культурном пространстве, согласно законам, Путиным же подписанным.

В этом и есть магия суверенитета: расцвет национального суверенитета невозможен без ограничения или отказа государства от тотального контроля над бизнесом, искусством, наукой и медиа.

Популярные политологи описывают происходящее внутри России как становление авторитаризма или тоталитаризма; я же мечтаю дожить до времени, когда мы будем говорить о происходящем, как минимум, с 2012 года, как о десуверенизации России, как о времени борьбы государства со страной, с нашей культурой, бизнесом, экономикой и наукой во имя сохранения власти конкретных людей. Именно так должна быть осмыслена текущая эпоха. Возможно, в будущем это поможет любой инициативе государства по борьбе с обществом встречать яростное сопротивление готовых к самозащите граждан.