Волна Хайпа

Соревнования сместились на пол часа

Две недели назад случилось необратимое: в серф-медиа ворвались наглые новички с подкастом «На лавочке у спота» 🤯🔥

Их первый выпуск моментально задрал планку и даже стал №1 серф-шоу в Таджикистане (официально или нет — не важно, звучит круто) 🏆🇹🇯

Мы не стали молча смотреть из инсайда — мы вызвали их в студию.
И знаете что? Получилось то, что должно было получиться:

💥 СЕРФЧЕК НА ЛАВОЧКЕ У СПОТА! 💥

🎙В синхроне из Владивостока и Пхукета:
Никита Авдеев, Игорь Вечканов, Роман Коденко и Игорь Попов.

Что обсуждаем:
⚡ Чем будет заниматься Никита после спортивной карьеры
⚡ Как превратить трансляции серфинга в топ-контент, а не просто "звук волн и пикселей"
⚡ Кого (и зачем) стоит добавить в судейский пул
⚡ Какие итоги серф-сезона 2025 реально заметны и с той и с этой стороныы Луны

Сегодня, еще чуть-чуть, и можно слушать на всех платформах.
Не пропустите новый выпуск СерфЧек Подкаста #5 🌊🤙

Пока я в Сочи жду волн(а они кстати будут 19го 🤞🏼) мы с командой Cold Water Legue и основателем Чата русского серфинга записали подкаст неделю назад, и надеюсь скоро вы его увидите !

🎙 Открытая встреча с Никитой Авдеевым — уже послезавтра!

Приглашаем всех, кто живёт морем и серфингом — спортсменов, юниоров, зрителей, друзей, и тех, кто просто хочет вдохновиться историей о пути самого именитого российского серфера.

📅 4 ноября 2025 (вторник)
⏰ Сбор в 19:30
📍 Владивосток, к/т «Океан», 3 этаж
🎟 Вход свободный

В программе:
• Награждение победителей Кубка Приморья 2025 🏆
• Презентация книги Никиты «Милое море»
• Показ видео Cascade
• Автограф-сессия и возможность поговорить лично

Закрываем сезон вместе 🌊
Будем рады видеть всех!

On my way !

Знаешь, я всегда начинаю с первой и последней строки, — продолжил он. — Я пишу их обе, а потом совершаю путешествие, чтобы они встретились.
Иногда первая строчка звучит драматично: «Последний верблюд умер в полдень». Ты читаешь — и уже пойман. А завершающая строка должна звучать как последняя нота фортепианной сонаты — затихнуть, но остаться в тебе. История не должна заканчиваться — она должна раствориться, как кино, уходящее в темноту экрана.
Так что да — ты прав, моё письмо очень кинематографично. В нём всегда есть поиск драмы.
Я никогда не понимал людей, которые пишут о сёрфинге буквально — мол, это просто хобби на выходных. Нет, — он как будто набирал обороты. — Для меня это нечто большее. Это — связь с космосом, с нашими древними истоками.
Когда ты становишься мастером труб, вдруг понимаешь: сёрфинг — это не волна, это место, где ты хочешь быть. Ты хочешь оказаться внутри этого вращающегося вихря воды, где всё — трёхмерное, живое, гремит и дышит. Это место — как космический шторм.
Я говорю об этом электрическом соединении между человеком и волной. Ведь видел, как Келли Слейтер меняет форму волны своей энергией. Да, видел, чёрт возьми!

— Правда? — слегка усомнился я, но скорее машинально, как, наверное, и подобает хорошему слушателю.
— Да, — с уверенностью пророка ответил он. — Я видел, как он и Джон Джон выезжали из труб, из которых выйти было невозможно. Они просто излучают энергию, и волна, находясь на своём пределе, вдруг словно отвечает им. Как будто эти две электрические силы начинают разговаривать.

Он многозначительно посмотрел на меня и, сказал полушёпотом: — Я видел, как Келли чуть меняет положение тела — и волна вдруг сгибается иначе, идёт по другой траектории. Учёные могут смеяться, но я это видел своими глазами.

Это та же первозданная энергия, что создаёт чёрные дыры. Она живёт внутри нас. И когда ты ставишь себя в правильное место — она оживает.
О сексе можно сказать то же самое: взаимный оргазм — это ведь тоже момент абсолютного присутствия, электрического контакта, создания жизни. Это больше, чем просто телесное удовольствие.
То же самое — внутри трубы. Это очень глубокий человеческий момент, когда ты буквально подключаешься к космической энергии шторма. Ты не можешь её объяснить, но в этот миг понимаешь две вещи: первая — насколько удивительно человеческое тело, и вторая — что ты хочешь сделать это снова.

Он улыбался — той улыбкой, которой знающий почти всё старец награждает юнца, добравшегося до первого ответа.

— У меня мурашки от каждого твоего слова. Я помню свои лучшие трубы — я не помню, как они выглядели, но помню то чувство. Ту тишину в голове, когда всё исчезает, и остаются только ты и волна.

Говоря это, я буквально ощущал себя снова там — в трубах.
— Да. Я понимаю, — сказал он тихо.

И, чуть-чуть подождав, добавил:
— Я тоже вижу свои — несколько из них до сих пор стоят перед глазами.

Волна Хайпа pinned «Бесконечный поток байков и такси с туристами, как удав, полз по узкой улице. Жара душила, заставляя прятаться под кондиционер в уютном заведении Meja. Мэтт только вошёл. Перевёл дух, уселся напротив и смотрел в знакомое меню. Я помнил его смутно — лет двенадцать…»

Бесконечный поток байков и такси с туристами, как удав, полз по узкой улице.
Жара душила, заставляя прятаться под кондиционер в уютном заведении Meja.

Мэтт только вошёл. Перевёл дух, уселся напротив и смотрел в знакомое меню.
Я помнил его смутно — лет двенадцать назад он был моложе, стройнее… хотя стрижка совсем не изменилась.
Но взгляд и голос, с которыми он заказал сок и воду у официантки, моментально вернули память: передо мной сидел тот самый Мэтт Джордж.
Если верить интернету — журналист, фотограф, писатель, актёр, сценарист и сёрфер.

Я, немного волнуясь, вспомнил байку о его фильме In God’s Hands и, чтобы ненавязчиво начать разговор после короткого, но дружеского приветствия, спросил:

— Я слышал, что финальная сцена, где ты берёшь волну на огромной красной доске… это ведь Пеахи, да?

Он кивнул.

— Говорят, ты снял её последней, потому что боялся, что можешь погибнуть и не вернуться. Хотел закончить фильм, пока был шанс. Это правда?

— Да, — ответил он спокойно, но с хитрой ухмылкой.

— Правда? Серьёзно? — переспросил я, не понимая, шутит он или нет.

— Да. Вот что тогда произошло.
Когда я писал сценарий, знал: нужен кульминационный момент — столкновение двух эпох сёрфинга — towing и традиционного, когда гребёшь сам.
Мне требовалась особенная доска. Тогда я был на North Shore, и Брок Литтл — если помнишь это имя — дал мне свой борд.
Тринадцать футов. Тринадцать!
Он заказал её специально для гигантских волн на outside reef у побережья Оаху.
Тогда все делали 11-, 12-, 13-футовые "ганы" — иначе просто не успевали набрать скорость, чтобы поймать волну.
Я посмотрел на доску и сказал:
— Брок, дружище, мне нужно это для фильма.
Он усмехнулся:
— Легко.
Мы перевезли доску на Мауи.
И, знаешь, важно понимать — я не big wave surfer. Никогда им не был.
Когда выступал в туре, специализировался на средних и маленьких волнах — на контроле, манёврах.

А тут — фильм, где рядом со мной Шейн Дориан, Брайан Килана, Дэйв Калама, Лэрд Гамильтон…
Все эти титаны. И мне пришлось быть рядом с ними — потому что я сам всё это придумал!

Он сделал глоток воды и с улыбкой добавил:

— Это было страшно…
И вот я — с этой огромной красной доской, один в океане.
Мы снимали на Jaws — в день, когда волны были просто чудовищные.
Я сидел на плече волны и дрожал, как чихуахуа. Волны казались метров в двести пятьдесят — ну, по ощущениям точно!

В его глазах сверкнул огонь.

С лодок кричали операторы:
— Ближе! Ещё ближе к волне!
А я в ответ:
— Вы с ума сошли?!
Но всё же подгребал — ближе и ближе к пику.
В тот день я взял две волны — обе по касательной, не с пика.
Если пересмотреть съёмку — видно: я не герой и не безумец.
И не хочу, чтобы кто-то подумал, будто ставлю себя в ряд с такими, как Шейн Дориан.
К ним у меня глубокое уважение.
Я просто сделал то, что должен был.
И, честно, больше туда не возвращался.

Позже к нам присоединились Баззи Кёрбокс, Дэйв Калама, Раш Рэндалл, Брайан К. Алана — они брали волны с пика, гребли по-настоящему. Это было захватывающе.

Я готовлю для вас нечто по-настоящему новое. Новое — и для вас, и для меня, и, скорее всего, для всего русского серфинга. Пока ещё не знаю, в каком формате это выйдет — и даже где, — но в процессе я будто заново открыл для себя серфинг: с ракурсов, о которых раньше не догадывался и иногда боялся смотреть, а тем более — говорить о них вслух.
Надеюсь, совсем скоро смогу поделиться этим с вами полностью. А пока — вот маленький фрагмент:

М:

Ещё одна вещь, которая меня поражает в этом безмолвном разговоре, — сама волна. Когда она разбивается у берега, когда мы скользим по ней, мне кажется, в этот момент она выкрикивает имя своей матери.
Волна рождается в буре, за тысячи миль отсюда. А потом долго странствует по безмолвным просторам океана — в полной тишине. И вот, достигнув Улувату или любого другого любимого спота, она поднимается, и, когда ломается, звучит точно так же, как шторм, что её породил. Она несёт этот голос с собой. Это тоже язык — язык ветра, силы, памяти.
Волна хранит в себе звук шторма и всю тишину, что шла за ним, пока наконец не сможет снова закричать — грохотом, ревом, восторгом. Так океан говорит с миром — и с нами.

Представьте: 2015 год.
Серфинг уже давно вышел за рамки спорта — он стал образом жизни, философией, эстетикой. И вот выходит View From a Blue Moon от Джона Джона Флоренса — фильм, который моментально становится легендой и поднимает планку серф-кино на недосягаемую высоту.

Хотя бюджет официально не раскрывался, известно, что он варьировался от 1,5 до 2 миллионов долларов. Только одна экспедиция в Африку — ради съёмок десяти волн — стоила спонсорам около 120 000 $. Снятый в 4K Ultra HD, с использованием передовых технологий и визуальной точности, этот фильм не просто документировал серфинг — он переосмыслил, как вообще может выглядеть серф-фильм.

Volcom отвечает по-своему: Psychic Migrations

Почти одновременно Volcom выпускает Psychic Migrations — и, как всегда, делает это в своём стиле.
Это не просто фильм о серфинге — это визуально и атмосферно выстроенная одиссея, где важны не только волны, но и природа, пейзажи, культура мест, ощущение странствия.
Режиссёр Райан Томас создаёт поэтичное путешествие, где кадры текут, как прибой, а звуки и свет формируют особое состояние — смесь медитации и азарта.

Но за всей поэтичностью — чистый огонь серфинга. В кадре — Kelly Slater, Dusty Payne, Yago Dora, Ryan Burch, Mitch Coleborn, Nate Tyler и другие. (Прим. автора: это один из моих любимых фильмов о серфинге.)

GOLD — пощёчина пафосу

И вот — на фоне этих масштабных, идеальных, где-то даже пафосных проектов появляется GOLD — фильм бывшего про-серфера, который позже стал интернет-мемом и шутником — Sterling Spencer.

Если смотреть поверхностно — это просто хаотичная нарезка шуток, слегка связанных сцен и эпизодов с серфингом. Что-то вроде серферской версии Бората: не столь абсурдной, но высмеивающей клише, поп-культуру и манию быть серфером № 1.

Но если присмотреться внимательнее — в GOLD есть отличная операторская работа, монтаж, продуманные переходы и структура сцен.
И если копнуть глубже — фильм превращается в личный манифест Спенсера. О свободе. О борьбе с депрессией. О том, что серфинг — это не результат и не статус, а состояние души.

вот что сказал сам Sterling:
«Добро пожаловать в мой фильм GOLD! Я сделал его для тебя — чтобы ты получил удовольствие и поделился им с друзьями. Если есть хоть одна мысль, которую я хотел бы, чтобы ты вынес из этого фильма — это то, что нужно проживать жизнь максимально, выбирая счастье, и помнить: не стоит воспринимать всё слишком серьёзно. Мы все — серфер номер один. Я много лет тайно боролся с депрессией и почти сдался. Но юмор и близкие люди вернули меня к жизни — и теперь я счастлив, как никогда прежде.»

В 2015 году GOLD стал пощёчиной пафосу серф-индустрии. На фоне глянца и идеальных кадров — это был фильм про живого человека, с его слабостями, самоиронией и попыткой найти себя в жестких рамках индустрии.

Прошли годы, но GOLD не устарел. Наоборот — сегодня он звучит даже острее: как напоминание, что жизнь — не соревнование, и что веселиться, быть собой и выбирать счастье — это, пожалуй, самое главное искусство.