Наверное, один из самых интересных аспектов работы международника, это возможность узнавать и понимать другие культуры, традиции, историю. Может быть именно поэтому в свое время, еще до начала деградации взаимоотношений с Западом, мне захотелось чего-то нового, свежего, интересного: вместо универсализма и какой-то пресности и фальшивости западной общей семьи и #«семерки» (которая с в разных ипостасях (от «7+1», «8-1», просто «восьмерки» просуществовала до 2014 года, прежде чем не вернулась к своему оригиналу) глотка свежего воздуха #БРИКС и #G20. Глубина и богатство культур и цивилизаций БРИКС дает бесконечное поле для роста и узнавания нового для всех, кто работает на официальном и втором треке объединения. Ведь несмотря на ряд общих принципов и используемый для дипломатического общения колониальный английский язык, особенностью взаимодействия в БРИКС является готовность обогащать каждой страной-участницей общение с коллегами через собственные традиции и исторические рефрены.
Так, когда смотрю на нашего российского двуглавого орла вспоминается, что вплоть до конца XV века на Руси (до женитьбы Ивана III на византийской принцессе Софии Палеолог) отличительным знаком русских князей был именно сокол.
Отличительными чертами сокола считались прямота, честь, доблесть. Первым из русских князей такое звание заслужил князь Игорь. Соколами называли доблестных воинов, былинных богатырей, девушки называли ясным соколом своих любимых. И вот эти пернатые хищники, а отнюдь не золото или заморские ткани или специи, были одним из лучших инструментов тогдашней «мягкой силы» в дипломатии.
На Руси обученный ловчий сокол или кречет ценился на вес золота — за одну такую птицу легко отдавали трех породистых коней, а цена начиналась от тысячи серебряных рублей (если вспомнить XIV век, то это был объем годового оброка Московского княжества). Впрочем, сегодня, как оказалось,
соколы остаются большой ценностью. Но самое интересное заключается в том, как эти птицы работали на внешней арене. В XVII веке царские соколы превратились в универсальный дипломатический язык, одинаково понятный и европейским монархам, и восточным ханам. Порой один такой «живой дар» мог заменить собой выплату денежных откупных или урегулировать сложный пограничный спор. Подать сокола в подарок означало признать равный, высочайший статус визави.
Говоря о БРИКС мы говорим о межцивилизационном диалоге. И это один из ярчайших примеров такого исторического межцивилизационного диалога, не диктата со стороны одного гегемона или группы в полосатых купальниках из бассейнов «цветущего сада», а именно равноправного межцивилизационного диалога. Соколиная охота была объединяющим ритуалом для элит от Западной Европы до Персии и Китая. Посылая птицу, русский государь дарил не просто роскошь, а символ уважения, верности и общего культурного кода. Это была тончайшая механика: статусность подарка сглаживала политические противоречия там, где жесткий язык договоров оказывался бессилен.
В сегодняшнем многополярном мире, когда мы в рамках БРИКС и других платформ снова учимся слышать друг друга, значение подобной культурной дипломатии возрастает многократно. Символический капитал и уважение к традициям партнера по-прежнему открывают те двери, которые остаются закрытыми для стандартных экономических и геополитических аргументов.
Как думаете, а есть ли что-то в нашей современной культуре, что могло бы сыграть роль такого же универсального «дипломатического сокола» в диалоге с партнерами от Евразии до Африки, от Северной до Латинской Америки?
