Продолжим промывание письма Федеральной нотариальной палаты от 16.04.2026 №3769/03-16-3, содержащего ряд примечательных разъяснений относительно личных фондов (первая часть прямо над этим постом)
1. Немного перепрыгну пункты 2 и 3 письма — их разбирать не будем, — а пункт 4 отложу на попозже. В средовый день вы заслужили мякотку: пункт 5 под названием "О внесении изменений в устав личного фонда, условия управления личным фондом и иные внутренние документы личного фонда"
Что говорит по этому вопросу ФНП:
"Законодателем свобода усмотрения учредителя личного фонда при выработке и формулировании такого условия устава не ограничена, так как в соответствии с пунктом 2 статьи 1 Гражданского кодекса граждане (физические лица) приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе, при этом положения подпараграфа 1.1 «Личные фонды» параграфа 7 главы 4 Гражданского кодекса не содержат запретов или ограничений для формирования учредителем личного фонда своей воли по этому вопросу".
2. Погодите. Как это, не содержат "запретов или ограничений"? Давайте обратимся к абзацу пятому пункта 8 статьи 123.20-4 ГК РФ:
"Если иное не предусмотрено уставом личного фонда, устав личного фонда, условия управления личным фондом и иные внутренние документы личного фонда при жизни учредителя фонда могут быть им изменены. После смерти учредителя личного фонда утвержденные учредителем при его жизни устав личного фонда, условия управления личным фондом и иные внутренние документы личного фонда не могут быть изменены, за исключением изменения на основании решения суда по требованию любого органа личного фонда в случаях, если управление таким фондом на прежних условиях стало невозможно по обстоятельствам, возникновение которых при создании такого фонда нельзя было предполагать".
На мой взгляд, второе предложение здесь содержит явно выраженный законодательный запрет на делегирование компетенции по изменению устава и условий управления кому-то кроме учредителя. Всё-таки после запрета изменения и слов "за исключением" следует только судебное вмешательство в работу личного фонда из-за непредвиденных обстоятельств (например, привязали выплаты выгодоприобретателям к МРОТ, а МРОТ через 50 лет упразднили).
Но для ФНП он не такой уж явный и не такой уж и запрет, видимо. В письме вообще нет деления условий на до и после учредителя.
3. В письме лишь сделаны выводы, что
(а) при жизни учредителя ему можно запретить вносить изменения в устав и условия управления, а другому органу эту компетенцию вручить (!!!);
(б) делегировать компетенцию по изменению устава, условий управления и иных внутренних документов можно любому органу, в том числе единоличному, и принимать решение они могут, как предпишет учредитель.
Перефразируя, может ли учредитель создать личный фонд, который будет для него вовсе не личным?
На самом деле, я всё больше путаюсь, что же такое личный фонд по российскому праву. Понятно, что он своего рода премиум-пластилин и из него можно слепить всё, но даже у реального пластилина есть свои физические пределы, а тут...
3.1. Начнём с вывода (а) про самоустранение учредителя. Во-первых, сама по себе возможность такого ограничения сомнительна с политико-правовой точки зрения, но мы понимаем, что этот пункт ГК был написан под бенефициаров, которые копили имущество на родственниках или иных доверенных лицах, а теперь аккумулируют всё в одну оболочку, делая себя и свою семью выгодоприобретателями
Меня лишь пугает готовность ФНП потворствовать этому, дозволяя передать все бразды правления иным лицам. Дай
По сути, сейчас создана благоприятная среда для взращивания соломенных человечков, которые затем учредят (не)личный фонд и обеспечат бенефициара непрерывностью управления активами. Кстати, по удобному налоговому режиму. И кредиторы, если не будут использовать чёрные методы поиска информации, могут никогда не обнаружить связь должника с личным фондом (читай: что он является выгодоприобретателем и после фиктивной несостоятельности даст распоряжение на выплату ему доходов как выгодоприобретателю)
3.2. Но давайте к выводу (б). В предоставлении компетенции условному наблюдательному совету изменить устав и условия управления, на мой взгляд, нет ничего принципиально плохого, если мы говорим о периоде после смерти учредителя
Он вполне может решить, что далее его наследники должны получить автономию по управлению семейными активами в заданных учредителем рамках. Своеобразная таблетка от оппортунизма и навязывания отеческой воли
Но, как я понимаю ГК РФ, наш законодатель решил иначе и такую функцию заблокировал. В этом подходе прослеживается симпатия к "последней воле наследодателя", изменить которую наследникам нельзя. Например, из-за этого нельзя отказаться от принятия наследства в пользу ненаследника (пункт 2 статьи 1158 ГК РФ), хотя и можно продать, подарить все активы сразу после получения свидетельства о праве на наследство
На мой взгляд, сам же наследодатель (учредитель личного фонда), ориентируясь на принцип автономии воли, может полностью развязать наследникам (выгодоприобретателям) руки и дозволить творить с имущественной массой, что им заблагорассудится в заданных границах или вообще без них. Тоже воля наследодателя
Хорошо, конечно, что ФНП разделяет эту мысль (наверное), но можно же было как-то обосновать вывод contra legem...
С любовью, Всё цивильно 💙