Сегодня как раз 👆 рассказывала товарищу об одном рабочем эпизоде, когда коллеги по кинопроизводству говорили мне: "Ты до сих пор смотришь на историю глазами своих товарищей и знакомых из батальона, а надо смотреть на нее, как наш сценарист..."
Я говорила - угу, а про себя думала: "ну а как иначе, пацаны ж не поймут..."
Товарищ, из того самого батальона, хмыкнул и сказал: "это точно!"
Мой дар убеждения тогда сработал и кино вышло нестыдным.
Вообще, за время работы на войне и возле нее я сильно пересмотрела журналистскую максиму о том, что мы ответствены в первую очередь перед читателями или зрителями, а перед героями - уже во вторую.
Герои бывают разными; и когда они герои во всех смыслах этого слова, то интересы публики или уникальный авторский взгляд могут и претерпеть.
Да, это сокращает аудиторию и подрезает крылья самовыражению, но если уж режиссеру художественной драмы положено умирать в актёре, то режиссеру или сценаристу драмы жизненной, документальной - сам Бог велел "умереть" в своих героях - ведь они-то умирают или готовы умереть по-настоящему