Post #612
261
О гармоническом языке «Контрафорсов»
В аннотации к пьесе я предлагаю образ путешествия на старинном корабле: через шторм и кораблекрушение — в новый, еще более сильный шторм и прибытие к «Новой земле».
Нечто подобное происходит и в гармоническом языке пьесы.
Начинается она с преимущественно четвертьтоновой системы. Интервалы в ней звучат достаточно остро. Реальных консонансов мало — а когда они возникают, то оказываются в странных гармонических позициях.
Постепенно внутри гармонии появляется все больше микротемперации — шестые и восьмые тона. Они проникают незаметно, очень постепенно и распределенно во времени.
Момент «крушения» сопоставлен с системой лада, в котором определенные ступени микротоново отклонены. Это пентатоника с пониженными и повышенными — в центах — звуками. Такой лад близок к индонезийским системам, но помещен в непривычный для них контекст.
Следующий раздел — постепенный переход от восьмитоновой системы к 100-центовой, где интуитивно ищется аналог устойчивости, ладовой определенности.
Здесь у меня был необычный опыт: я мог долго слушать одну гармонию и выбирать, какое значение в центах для определенного звука мне нравится. Это особое ощущение. Условно говоря, в хроматической системе я имею дело с пространством из 12 тонов, распределенных по октавам, и делаю выбор среди них. В четвертьтоновой — 24 звука в октаве.
В 100-центовой системе (где полутон делится на 100 частей) пространство выбора в октаве расширяется до 12 000 значений. Я не могу сказать, что все они реально слышимы и используются равноправно, но сама эта возможность будоражит.
В конце пьесы, в коротком фрагменте «Озеро Надежды», я прихожу к созданной мной микротональной гармонической системе. Я назвал ее транс-интервальной: в отличие от микротональных ладов, она оперирует не конкретными высотами гаммы, а переменными, внутри которых происходят постоянные диффузии и перетекания — смещения звуковысотности.
Поля неопределенности и стабильности.
В аннотации к пьесе я предлагаю образ путешествия на старинном корабле: через шторм и кораблекрушение — в новый, еще более сильный шторм и прибытие к «Новой земле».
Нечто подобное происходит и в гармоническом языке пьесы.
Начинается она с преимущественно четвертьтоновой системы. Интервалы в ней звучат достаточно остро. Реальных консонансов мало — а когда они возникают, то оказываются в странных гармонических позициях.
Постепенно внутри гармонии появляется все больше микротемперации — шестые и восьмые тона. Они проникают незаметно, очень постепенно и распределенно во времени.
Момент «крушения» сопоставлен с системой лада, в котором определенные ступени микротоново отклонены. Это пентатоника с пониженными и повышенными — в центах — звуками. Такой лад близок к индонезийским системам, но помещен в непривычный для них контекст.
Следующий раздел — постепенный переход от восьмитоновой системы к 100-центовой, где интуитивно ищется аналог устойчивости, ладовой определенности.
Здесь у меня был необычный опыт: я мог долго слушать одну гармонию и выбирать, какое значение в центах для определенного звука мне нравится. Это особое ощущение. Условно говоря, в хроматической системе я имею дело с пространством из 12 тонов, распределенных по октавам, и делаю выбор среди них. В четвертьтоновой — 24 звука в октаве.
В 100-центовой системе (где полутон делится на 100 частей) пространство выбора в октаве расширяется до 12 000 значений. Я не могу сказать, что все они реально слышимы и используются равноправно, но сама эта возможность будоражит.
В конце пьесы, в коротком фрагменте «Озеро Надежды», я прихожу к созданной мной микротональной гармонической системе. Я назвал ее транс-интервальной: в отличие от микротональных ладов, она оперирует не конкретными высотами гаммы, а переменными, внутри которых происходят постоянные диффузии и перетекания — смещения звуковысотности.
Поля неопределенности и стабильности.
- ❤ 7
- 🔥 3
- 🎃 2
