#Гавораць_беларусы

🖊Когда те, кто должен ловить преступников, сами становятся частью системы преступления: откровенный разговор беларуского юриста о власти, силовиках, ответственности и будущем Беларуси

Выше фотографии, на которых внешне нет ничего необычного: большой стол, государственные флаги, представители министерств, документы, камеры, официальные заявления о борьбе с преступностью.Но иногда именно такие фотографии заставляют меня особенно остро задуматься о том, что сегодня вообще означает слово «правопорядок».

На этой встрече "представители силовых ведомств" говорят о совместной борьбе с преступностью, о задержанных преступниках, международном сотрудничестве и стабильной криминогенной обстановке. Всё выглядит так, будто государственный механизм исправно выполняет свою главную функцию — защищает человека от преступления.

Но возникает другой вопрос, а что происходит, если преступление совершает не человек против государства, а само государство — через своих представителей — против человека?!

🕹Именно здесь проходит граница между настоящим правопорядком и его имитацией. Полиция, прокуратура, суд, спецслужбы и армия создаются не для защиты конкретной политической группы и не для сохранения власти любой ценой. Их назначение — защищать закон, права человека и общество. Если же государственный аппарат начинает использовать уголовное право для подавления политических оппонентов, фальсифицировать доказательства, проводить незаконные задержания, применять пытки или преследовать людей за их политические взгляды, возникает уже совершенно другой вопрос — вопрос об индивидуальной уголовной ответственности тех, кто это совершает, организует, приказывает или сознательно помогает этому.

И здесь международное право принципиально важно: должность сама по себе не освобождает человека от ответственности. Римский статут предусматривает индивидуальную уголовную ответственность за совершение преступлений, отдачу приказов, подстрекательство и содействие, а официальное положение человека не является само по себе основанием для иммунитета перед МУС. Но есть ещё более важный момент.
Нельзя превращать будущую борьбу с беззаконием в новое беззакони.

Если однажды Беларусь начнёт переход от авторитарной системы к правовому государству, ответом на годы репрессий не должны становиться самосуды, расправы и коллективная вина. Сотрудник МВД не должен автоматически считаться преступником только потому, что он носил форму.

Следователь не должен становиться виновным только потому, что работал в государственном органе. Судья не должен быть осуждён без установления конкретных фактов.

Но тот, кто отдавал незаконные приказы, организовывал преступления, участвовал в пытках, фабрикации дел, незаконных преследованиях или сознательно помогал системе совершать тяжкие преступления, должен отвечать персонально и в установленном законом порядке. Именно такой подход отличает правосудие от мести.

Международное уголовное право уже знает эту конструкцию: индивидуальная ответственность, ответственность командиров и начальников при наличии предусмотренных законом условий, отсутствие иммунитета исключительно из-за официальной должности и наказание с учётом тяжести конкретного преступления.

Причём наказание — это не обязательно одно и то же для всех. В юрисдикции МУС предусмотрено лишение свободы до 30 лет, а при исключительной тяжести преступления и соответствующих индивидуальных обстоятельствах — пожизненное заключение; суд также может назначать штраф и конфискацию доходов, связанных с преступлением.

Но для меня как для юриста принципиально другое: наказание должно быть результатом суда и доказательств, а не политического желания расправиться с бывшими противниками.

И вот здесь начинается настоящий разговор о будущем Беларуси.Недостаточно просто убрать одного человека из власти и объявить систему свободной. Необходимо перестроить сами институты, которые позволили произволу стать государственной практикой: судебную систему, прокуратуру, органы внутренних дел, спецслужбы, пенитенциарную систему.