И сегодня они все вроде бы победили, но победа эта пиррова.

/ окончание, начало выше /

Прежде всего, весь мир увидел: Путин не готов выносить на народный суд вопрос о продолжении СВО.

Искренний накал единодушных атак на «Яблоко» не заменить дежурными перебранками на дебатах Зюганова со Слуцким или Нечаева с Мироновым.

И нарратив про агрессивно-послушное рабское единодушие в РФ тоже треснул. Такого единодушия нет. Милитаризм и шовинизм, увы! есть — и в избытке. Но и миллионы инакомыслящих есть.

И история со снятием единственной антивоенной партии облетела весь земной шар, о ней за последнюю неделю говорили от президента Украины Зеленского до верховного комиссара ООН по правам человека.

Но что это означает — как для России, так и для самого «Яблока»?

Для России — посмотрим. Тем более, что история далеко не закончена. Через месяц многие миллионы россиян всё равно могут поддержать мир и свободу, голосуя за 127 кандидатов с этой программой в большинстве одномандатных округов и на 5 региональных выборах, а также вписывая «Яблоко» или его лозунг там, где партию вычеркнули из бюллетеней.

А для самого «Яблока»... ничего, боюсь, хорошего этот «прерванный полёт» партии не принесёт. Нынче вечером мы уже можем это оценить по новостям из Пскова.

Риски для тех, кто ломает сценарии Кремля, в путинской России запредельно высоки. При сохранении прежнего кремлёвского курса платой за эффективность оппозиционной кампании, за возможность стать рупором для миллионов безгласных, но инакомыслящих может стать для кого-то свобода, а для кого-то — и жизнь.

Да и может ли политика Кремля измениться? Лидеры «Яблока» в начале кампании публично обозначили своей целью показать Путину, как много людей в России выступают за изменение его политики.

Эта цель, судя по дважды за неделю повторённому решению Верховного суда, партией убедительно достигнута уже сейчас.

Невозможно теперь отрицать, что у миллионов россиян есть сейчас один настоящий искренний запрос, запрос на мир и свободу, на прекращение огня и на восстановление стабильности, когда-то, в 2000-е, заявлявшейся главным достижением президентства Путина, а теперь кажущейся безвозвратно разрушенной.

А вот станут ли результатом этой наглядной демонстрации хоть какие-то коррективы политики к лучшему?..

Будет ли этот запрос воспринят и подхвачен Кремлём так же чутко, как была подхвачена и усилена им ностальгия по «жёсткой руке» и по фигуре Сталина?

Полагаю, что произошедшее за последние полтора месяца и то, что ещё будет происходить в ближайший месяц, безусловно станет отправной точкой для корректив в государственной политике. Но корректив какого рода?

Представляется пока, что, как и протестная волна 2011-12 годов, нынешнее яблочное лето станет для Кремля скорее аргументом для очередной эскалации внутри страны и вовне, нежели поводом убавить градус конфронтации как с внешними, так и с внутренними оппонентами.

С другой стороны, эти 1,5 месяца надежды, эти голоса свободы и правды со всей России имеют огромное значение не только в плане попыток повлиять на Путина.

Они имеют значение для миллионов людей, почувствовавших, что они у себя в стране далеко не одиноки и не одиночки.

Они значимы для политического класса, который будет теперь знать, что именно такая повестка даёт тебе подлинную, неподдельную поддержку в обществе.

Этот запрос на перемены к лучшему можно бесконечно преследовать, загонять вглубь, лишать шансов сегодня — чтобы завтра он проявил себя с удвоенной силой.

Как проявлял себя подобный запрос на оттепель всякий раз в российской истории — после Ивана Грозного и Павла, после Николая I и Сталина. И никто из них ничего с ним поделать не смог — потому что никто не может переделать человеческую природу как таковую.