Про интернет все чаще говорят, что он распадается на суверенные сегменты, по контуру границ государств. У Китая свой контур, у Европы свой, у США свой, у России свой. Звучит логично, но главное происходит не там.
Исторически империи сначала контролировали тело и территорию. Где ты живешь, где работаешь, куда можешь доехать. Потом фокус сместился на информацию. Холодная война была не про танки, а про картинку мира в голове человека. Интернет стал апогеем этой войны. Людям казалось, что это свобода, а оказалось, что это глобальный конвейер распространения одной победившей модели мира.
Сейчас мы входим в следующий слой, о котором писал Плотин: уровень идей. Не фабрики и не СМИ, а то, из чего в принципе рождаются наши желания, решения, чувство «нормальности». И здесь в игру входит ИИ.
Искусственный интеллект превращает производство смысла из информации в серийный, дешевый процесс. Модели можно обучить на нужной картине мира, а дальше они будут круглосуточно, мягко и персонально донастраивать человека под эту картину. Не блокировать доступ к информации, а заранее формировать поле мыслей, которые ему вообще приходят в голову.
Поэтому государства сегодня по инерции воюют за старое: кабели, трафик, мессенджеры. А настоящая битва идет за другое. За то, кто будет хозяином жизненного пространства идей. Кто программирует язык, на котором человек говорит сам с собой. Какие вопросы он вообще способен себе задать, а какие никогда не всплывают.
В этом смысле распад единого интернета на зоны влияния лишь внешний симптом. Куда опаснее, если внутренняя карта мира человека тихо совпадет с чьим-то внешним проектом и он так ни разу и не подумает спросить себя: а чего хочу именно я, а не система.