Увидела сегодня на "Панораме"* новость, что литературоведы установили истинную концовку "Репки": на самом деле мышка просто отказалась тянуть корнеплод! Мол, раз уж столько сильных персонажей не справились с задачей, брать на себя ответственность за вытягивание репки не стоит.

И тут я вспомнила, что давно хотела написать про концовки.

На фоне популярности корейских дорам и фильмов в России многие заметили, что финалы у них, мягко говоря, не самые позитивные. Цитируя классиков: "Все умерли. Я сказал вообще все. Даже собачка тёти героя". Конечно, сценарии бывают разные, и такая концовка распространена далеко не во всех жанрах, но сам тренд вполне заметный.

Ещё в 2013 году в Институте практического востоковедения Ксения Хмельницкая защитила отличную работу на эту тему, сфокусировавшись на жанре экшн-кино. Проанализировав выборку, она обнаружила, что тема страдания присутствует в 100% случаев, а классического хэппи-энда нет: так или иначе кто-то из героев погибает (часто даже не добившись цели), остаётся с травмой, в состоянии беспомощности или безысходности. С 2013 года прошло уже почти 15 лет, но это наблюдение всё ещё кажется вполне актуальным. Вспомним "Игру в кальмара", "Паразитов", "Поезд в Пусан", ну и куда без тех же "Алых сердец".

Тем не менее, термин "корейская концовка" как таковой не устоялся. А вот "русская концовка" вполне себе существует и связана как раз с излишне трагическими финалами первых немых фильмов, которые еще в императорские времена шли на больших экранах в Российской империи.

Конечно, в случае корейского и российского кинематографа трагические финалы совершенно про разное и связаны с разным культурным контекстом. Однако есть одно, что их объединяет, - логика бизнеса.

Тогда, в начале XX века, в России драмы с хэппи-эндом просто окупались куда хуже, чем фильмы с трагическим финалом, что заметили кинопроизводители и откликнулись соответствующим контентом. Причём и при импорте зарубежных лент для русской аудитории снимали отдельную, более мрачную концовку, и при экспорте российских картин за границу - наоборот, доснимали классический хэппи-энд.

Что касается корейских фильмов и сериалов, то сегодня в их производство всё чаще инвестирует Netflix, являясь при этом ещё и глобальной платформой для их просмотра. Ориентируясь на данные и видя интерес аудитории к прошлым проектам, он идёт по знакомой дорожке и активно инвестирует в жанры вроде survival, horror, revenge и dystopia, которые пользуются большим спросом. В итоге Netflix делает определенный тип корейских трагических историй глобально видимым, запуская своеобразный замкнутый круг.

В обоих случаях то, чем заканчивается история на экране, оказывается связано не только с культурой и представлениями о хорошем финале, но и с тем, что что зритель готов смотреть и за что готов платить.

*сатирическое новостное издание