УЖАСЫ НА НОЧЬ
Сегодня расскажем про одного из лауреатов премии Шкрели (*за вопиющие случаи спекуляций в здравоохранении), построившего империю на лечении пациентов от несуществующих болезней, но не понесшего почти никакого наказания.

В 1996 г. онколог Томас Вайнер устроился в Св. Петра в г. Хелена, где проживает около 34 тыс. человек, а в радиусе 100 миль нет других больниц. Вайнер немедленно стал популярным: за 5 лет число пациентов, которых он принимал в день, выросло втрое до 40 человек, а спустя еще несколько лет и до 70. За полчаса он мог принять 15 пациентов. Причина энтузиазма крылась в оплате: в дополнение к шестизначной базовой ставке врач также получал компенсацию за приемы и процедуры. Уже в 2010 г. Вайнер стал самым высокооплачиваемым сотрудником с зарплатой в $1,3 млн - в 3 раза больше зарплаты директора больницы. В 2009-2020 гг. больница заплатила ему более $20,1 млн.

Одновременно с ростом его зарплаты в больнице Св. Петра укреплялся и личный "культ Вайнера" благодаря его статусу единственного онколога, спасителя тысяч благодарных пациентов и щедрого спонсора. Он регулярно дарил медсестрам деньги и драгоценности и приглашал их к себе домой на ужины, в ответ на что те называли себя "женами Тома". Такая популярность позволяла Вайнеру привлекать на свою сторону персонал больницы, когда речь заходила о расследовании его злоупотреблений. Когда CEO больницы Джон Солхейм начал задавать вопросы об оплате его труда, Вайнер организовал "восстание": большинство сотрудников подписали письмо о недоверии Солхейму, вскоре после чего он ушел в отставку. Та же история повторилась и с его преемником, Нейтом Олсоном, который тоже усомнился в целесообразности столь высокой зарплаты Вайнера, но получил вотум недоверия и покинул пост.

Но самой большой проблемой было обращение Вайнера с пациентами. В Хелене было недостаточно онкологических больных, чтобы удовлетворить его финансовые аппетиты, и вскоре он начал назначать лечение здоровым людям. В одном из случаев пациенту без биопсии поставили диагноз "рак легких 4 стадии", после чего он выдержал 11 лет терапии: 6 лет химии и 5 - экспериментальной. Когда же он умер от легочной недостаточности, вызванной очередным курсом гемцитабина, на вскрытии не обнаружили никаких признаков рака легких.

Еще хуже то, что Вайнер фактически "усыплял" пациентов - включая тех, кто не давал на это согласия, и тех, чьи заболевания вполне поддавались лечению. Один из наиболее вопиющих случаев произошел с 16-летней девушкой, которую Вайнер лечил от нефробластомы. У нее был уже второй рецидив, но, по мнению онколога, замещавшего Вайнера в больнице Св. Петра на короткий срок, опухоль вполне поддавалась лечению. Он посоветовал направить ее на обследование в детскую больницу Теннесси. После того, как Вайнер вернулся, он был зол, что пациентка едва не ускользнула из его рук, и заявил родителям, что ей осталось жить не более 2 дней - несмотря на то, что еще за неделю до этого девушка каталась на лыжах, а в тот день нормально ела и не проявляла никаких признаков угасания. Услышав эту новость, родители решили не переводить ее в другую больницу, а дать умереть спокойно. Ей ввели целый комплекс опиоидов: гидроморфон, морфин, оксикодон, фентанил, а позже Вайнер распорядился дать ей 1430 мг фенобарбитала (при стандартной взрослой дозе в 260 мг), в результате чего она скончалась. На этом фоне другие его преступления, например, распространение опиоидов, уже не кажутся такими существенными.

Хотя в 2020 г. Вайнера все же смогли уволить из больницы Св. Петра, заметание под ковер доказательств со стороны руководства, сотрудников и даже самих пациентов привело к тому, что процесс привлек мало внимания. В августе 2024 г. больнице назначили штраф в $10,8 млн за назначение ненужного лечения, но это не поставило под сомнение качество медицинской помощи. Сам же Вайнер, у которого даже не отобрали лицензию, сосредоточился на том, чтобы выйти сухим из воды - и вполне успешно: хотя в прокуратуру было передано уголовное дело о его деятельности, прокуроры решили применить к нему только гражданские санкции.