С НОВЫМ ФУФЛОМИЦИНОМ, ТОВАРИЩИ!
Отечественная фармпромышленность представила рынку препарат. Он мог стать эпохальным прорывом, но стал очередным биотехнологическим анекдотом с высокой нормой прибыли.

На днях Валента Фарм объявила о начале продаж разработанного в Сколково препарата XC221 под торговым наименованием атериксен. Создан в начале 2010-х против респираторно-синцитиального вируса у детей,  спустя несколько лет протестирован против гриппа, но до рынка не дошел. COVID-19 открыл новые возможности: в 2020 г. создатели заявили, что собираются довести дело до конца. В 2022 г. вышла статья, в которой утверждалось, что XC221 ингибирует образование провоспалительных цитокинов IL6 и IL8, а также хемокинов CXCL10, CXCL9, CXCL11 и нейтрофилов - все играют роль в развитии воспаления, в т.ч. “цитокинового шторма”, неконтролируемой аутоиммунной реакции, при которой лимфоциты атакуют собственные клетки организма. Результаты впечатляли: XC221 подавлял экспрессию цитокинов и хемокинов лучше, чем глюкокортикоид дексаметазон, имевший меньший спектр влияния. Хоия изобретение нового мощного глюкокортикоида уже могло стать сенсацией, это было еще не все. За год до этого вышла другая статья, в которой описывались доклинические исследования безопасности: препарат не оказывает почти никакого вредного воздействия на организм. Животные, получавшие атериксен в дозировке, в 10 раз превышающей максимальную для человека, не испытывали никаких неудобств - он был не цитотоксичным, не влиял на печень, не имел мутагенных свойств и даже не вызывал аллергии. Это тянуло на Нобелевку: даже относительно хорошо переносимый дексаметазон имеет длинный список побочных эффектов и противопоказаний. Применяющиеся в химиотерапии цитостатики, в т.ч. циклофосфамид, с которым сравнивали XC221, известны токсичностью и разрушающим действием на печень.

Несмотря на феноменальные результаты, гении из Сколково удовольствовались малым: атериксен был зарегистрирован только против легкой формы COVID-19, пациенты с которой вообще не нуждаются в противовоспалительной терапии. Результатов КИ, показавших снижение числа госпитализаций на 80%, на основании которых происходила регистрация,  так и нет. Но недавно была опубликована третья статья, посвященная КИ атериксена на госпитализированных больных с COVID-19. И вот что: хотя разработчики делают упор на противовоспалительное действие атериксена, уровень цитокинов у пациентов не фиксировался, а критерии были стандартными для  противовирусных - улучшение к 10 дню, нормальная сатурация, снижение температуры. По этим критериям атериксен был слабо отличим от плацебо, по побочным эффектам - не отличим вовсе.

Разгадка проста: исследования безопасности и фармакодинамики проведены in vitro и на животных. В большинстве случаев результаты не удается воспроизвести на людях и препараты проваливаются на ранних стадиях КИ. Отдельный вклад вносят статистические методы, которые могут создать впечатление значимых результатов даже там, где их нет и не могло быть. Скорее всего, мы имеем дело с очередным препаратом, который при оптимальных условиях (в пробирке) мог демонстрировать слабое противовоспалительное действие, но на живой организм практически не влиял, отсюда отсутствие любых побочных эффектов.

Еще один интересный момент: хотя XC221 - разработка Сколково, наладить производство собственной субстанции в России так и не смогли, отдав его на аутсорс чешской Alven Laboratories. На себя отечественная фармкомпания взяла более привычную работу по фасовке, которую будут производить в Обнинске. Стоит упаковка атериксена больше 4 тыс. рублей, что является рекордом для отечественных фуфломицинов.

С другой стороны, российским разработчикам хоть что-то должно компенсировать боль от неполучения нескольких нобелевских премий и бессчетных миллиардов от бигфармы. Воспаление, особенно системное, ключевая проблема медицины сегодня, с ним связывают буквально все - от рассеянного склероза до старения как такового и онкологии. И победить его без вреда для пациента было бы супердостижением. Но не в этот раз.