В фокусе нашего вечного интереса – политико-экономические аспекты медицины. Мы исследовали бесконечное количество историй, как именно фармкомпании надували цены на препараты под массой благовидных и неблаговидных предлогов. На этой неделе мы решили разобраться, что происходит с пациентами, которым нужен диализ – регулярная жизнеспасительная процедура, которую больные тяжелыми болезнями почек вынуждены получать до конца их дней.

Как обычно. Сначала международный опыт, в конце серии – как это делается у нас.

Итак, диализ в США.
На американском рынке диализа присутствует 3 типа игроков, первый и основной из них - это государство. Для небогатых американцев – пользователей национальной страховой программы Medicare, существует ряд ограничений доступа: они должны иметь определенный рабочий стаж либо быть супругом/ребенком того, кто его имеет. Эти правила были введены в 1972 г., когда рынок диализа имел совсем другой вид: в нем нуждались около 10 тыс. больных по всей стране. Старение населения и развитие медицины привели к тому, что в 2018 г. таких пациентов было уже более 500 тыс. Общие расходы Medicare на диализ в том же году достигли $49,2 млрд. Эти пациенты составляют около 1% от всех участников Medicare, но на них тратится 7% средств из общего фонда.
Для пациентов Medicare тоже не идеальный вариант: они все равно вынуждены платить 20% от стоимости процедур, а обслуживающие их центры зачастую далеко от дома и переполнены.

Многие стремятся приобрести страховку в частных компаниях, которые представляют собой вторую группу игроков. Но стоимость диализа, назначаемая поставщиками услуг, различается для частных страховых и в Medicare в 4 раза: в 2017 г. она составляла в среднем $1041 за сеанс для частных страховых и $248 для Medicare. Учитывая, что диализ нужно проходить каждые 2 дня, пациенты с ESRD дорого обходятся страховым, и последние стимулируют их обращаться за государственной помощью – то есть буквально гонят всех в Medicare. В свою очередь, это противоречит интересам третьего типа игроков - поставщикам услуг.

Более 80% диализного рынка занимают 2 монополиста, DaVita и Fresenius, и значительная часть их прибыли формируется из небольшой прослойки (12%) пациентов, имеющих частную страховку. Это вынуждает их поддерживать покупку страховых полисов, например, через Американский почечный фонд - благотворительную организацию, которая помогает пациентам с ESRD оплачивать взносы в частные страховые, но на практике на 80% финансируется диализными компаниями. Поскольку выплаты со стороны страховых за диализ в разы превышают стоимость страховки, такие “пожертвования” и траты на лоббизм компенсируются с лихвой.

Противостояние между страховыми и диализными компаниями особенно накалилось за последние несколько лет. В 2019 г. в Калифорнии был подписан пролоббированный страховщиками закон, который, во-первых, запрещал поставщикам услуг устанавливать для частных страховых тарифы выше тех, которые предлагаются Medicare, а во-вторых, обязывал благотворительные организации раскрывать имена реципиентов помощи.
Немедленно Американский почечный фонд, до этого на словах заботившийся исключительно о благе пациентов, объявил, что уходит из Калифорнии, т.к. закон “противоречит его руководящим принципам”. DaVita и Fresenius также пригрозили возможным уходом, что, учитывая долю, занимаемую ими на рынке, вызвало широкий общественный резонанс. В декабре 2019 г. закон был заблокирован окружным судом США по заявлениям фонда, DaVita, Fresenius и других бенефициаров монополии.

Продолжение следует🔽