НЯНЬКА СТАЛИНА В ВОЗ
Прошлая неделя ознаменовалась волнениями в правых СМИ по поводу назначения британского эксперта по изменению поведения (и, одновременно, ярой коммунистки) Сьюзан Мичи на роль главы Технической консультативной группы ВОЗ по поведенческим исследованиям и наукам о здоровье. Группа была учреждена еще в июле 2020 г., когда после первой волны карантинов стало понятно, что люди не готовы с восторгом и благодарностью принимать все, что правительства им предлагают. В группу входят специалисты по поведенческой психологии всех мастей – вплоть до маркетологов и специалистов по экономике.

Назначение Мичи произвело фурор: она известна, главным образом, заявлением, сделанным летом 2021 г. - маски и социальное дистанцирование, вероятно, останутся с обществом “навсегда”. Медиа связывают такой радикализм с коммунистическими взглядами Мичи: по слухам, во время своей учебы в Оксфорде в 70-х она заслужила прозвище “нянька Сталина” за непримиримость позиции. Нет ничего удивительного, что сегодня в своей работе она оглядывается на Китай.

Но перепостив этот занимательный факт во многих вариациях, СМИ упустили важное. Мичи происходит из влиятельной семьи ученых: оба ее родителя не только были первопроходцами в своих областях, но и имели тесные связи с правительством. Отец, Дональд Мичи, работал на британскую разведку в ходе Второй мировой войны, позже получив известность как один из основоположников теории и практики машинного обучения. Мать, Энн Макларен, - одна из наиболее выдающихся фигур британской репродуктивной биологии, оказывавшей влияние на политику. Она продвигала Закон об оплодотворении человека и эмбриологии, который был принят в 1990 г., узаконивший исследования человеческих эмбрионов до 14 дней и терапевтическое клонирование.

Мичи не только пошла по стопам родителей в отношении науки (выбрав психологию), но и всегда была тесно связана с государственной политикой: она разработала собственную концепцию изменения поведения, которая используется правительством в различных проектах, от стратегии по сокращению табакокурения до обеспечения покорности населения в период локдаунов. С 2009 она входит в правительственную Научную консультативную группу по чрезвычайным ситуациям (SAGE), где сначала разрабатывала план по обеспечению ограничений во время пандемии свиного гриппа, затем применяла полученные навыки в ходе COVID-19.

Все это время Мичи стояла у руля общественной пропаганды в тех сферах, на которые мог влиять SAGE. Ее модель изменения поведения предполагает целый спектр тактик: от информирования и стимулирования до влияния на социальную среду, ограничений и принуждения. Кампания, опиравшаяся на эти идеи, была пропитана потрясающим цинизмом. В своей статье в ноябре 2020 Мичи с соавторами писали: “Многие люди все еще не чувствуют достаточную личную угрозу… Воспринимаемый уровень угрозы должен быть повышен среди тех, кто удовлетворен сложившейся ситуацией, с помощью жестких эмоциональных сообщений”. То есть, ложь о личной опасности, оскорбления в адрес несогласных и обвинения в «убийстве старушки» - это не перегибы медиа, а осознанная политика. Ведь “социальное неодобрение может сыграть важную роль в предотвращении антиобщественного поведения или препятствовании отказу от просоциального поведения”. Средства убеждения также необходимо использовать в комплексе, чтобы никто не остался неохваченным: “некоторых людей лучше убедят призывы соблюдать правительственные инструкции, некоторых - долг перед обществом, а некоторых - личный риск”.

Сама Мичи утверждает, что политические взгляды не имеют никакого отношения к ее работе, и здесь она, безусловно, права. Сейчас не 50-е, уничтожение прав и свобод личности не связаны с формальными принципами функционирования политических режимов. Демократии справляются с этим не хуже диктатур. Самые жесткие ковид-ограничения обычно ассоциируются с Китаем, но большую часть пандемии первенство удерживала Новая Зеландия, а на социалистической Кубе или в "авторитарной" России меры были менее строгими, чем в большинстве западных стран.