Продолжение. Начало тут.

Есть еще одна странность, которую я помню смутно и не могу себе объяснить. Почему-то я была уверена, что Алексей обязательно станет президентом. Как минимум, я заранее переживала о том, будет ли он «как Путин» — получается, подсознательно я все для себя решила, мол, президентом будет, а каким — это уже вопросики! Эта слепая уверенность тоже выдает мою наивность и настойчивое желание видеть вокруг себя сказку вместо реальности. Если в 2018-2019м такого рода наивность принимала безопасные формы, то дальше они становились все более нездоровыми.

В 20-м году, после отравления, в аналитике многих спикеров нет-нет да и мелькали сравнения Навального и Гарри Поттера — мальчика-который-выжил. Я эти аналогии глотала, как успокоительную пилюлю. Ну точно же, все сходится, щас Алексей немного окрепнет — да как устроит битву за Хогвартс! Когда Навального посадили, его сравнивали с Манделой: мне было выгодно поверить в счастливую историю героя, которая увенчается его триумфом, я и верила. Ну точно, Алексей посидит 19 лет, а потом «с петель срежут двери в Лефортово» и он, конечно же, станет президентом! Сам Алексей из тюрьмы сравнивал себя с астронавтом в космосе, писал записки — я слушала песню Элизиума и рыдала, но рыдала возвышенно, по-подростковому.

Вот эти свои странные фантазии я вспоминаю с отвращением. Я вообще ни черта не понимала, что происходит, хотя мне казалось, что я понимаю все, ведь я так внимательно смотрю репортажи на ютубе и так сильно переживаю. Вспомнилась сцена из «Интерстеллара», в которой Купер смотрит на свою дочь сквозь пространство и время и пытается до нее докричаться. Вот я как будто смотрю из будущего на себя четыре года назад и мне хочется на себя прикрикнуть, мол, «Ань, ты не с той интонацией читаешь посты Алексея в инстаграме; его убивают в тюрьме, с этим ничего нельзя поделать; мы не в сказке, мы в жопе».

Хочу поделиться с вами одной деталью, которую мне очень стыдно вспоминать. В марте 22-го года, буквально позавчера, я в какой-то момент спросила мужа: «слушай, как ты думаешь, ребята из ФБК подробно рассказывают Алексею про военные действия? А то ему еще президентом быть, вдруг он пропустит что-нибудь важное?»

Для меня эта история про то, что мое желание пребывать в фантазиях оказалось настолько сильным, что я продолжала в них пребывать даже после начала войны, хотя какой-то запуск работы мозга уже был произведен 24-го февраля.

Увидеть тело Навального в гробу было для меня равноценно тому, чтобы увидеть реальность. Был экстраординарный, трудолюбивый, невероятно харизматичный человек, который смог обуздать свой талант и сделать его делом своей жизни. И вот его тело. И пустые, равнодушные глаза истории, у которой нет планов, которая не вершит суд и ничего не «расставляет по своим местам».

После смерти Алексея у меня уже не получается пребывать в грёзах так, как раньше. Раньше я представляла себе, что то ли история все порешает, то ли лихой красивый Алексей в рубашке с закатанными рукавами; картинка складывалась и вдохновляла на какую-то мифическую «борьбу». Теперь картинка поломалась, ее заело; в голове крутится — у меня есть россияне; мы должны что-то сделать вместе, что — пока не знаю; нам нужна свобода; что это — не знаю; что вообще делалось раньше — не знаю; чтобы узнать, надо поумнеть; как — не знаю — и так по кругу. Но, вот ей-богу, эта странная, беспомощная жевачка из вопросов и смутных мыслительных соплей ощущается, как что-то важное, и впервые — лично мое, а не то, что я впитала от кого-то.

PS: Есть одна деталь, которая меня занимает. В первом интервью Навального во вДуде Юрий спрашивает, кто является любимыми политиками Алексея. И тот называет Манделу и Иисуса. Я переслушивала это интервью месяц назад и в этот момент у меня по спине пробежал холодок.