Лет пятнадцать назад я думал, что нет и не может быть никого мерзее отечественных либералов. С тех пор они совсем не уронили планку мерзости (и даже взяли новые низины), но у них появились достойные конкуренты: лет пять назад им в спину задышали «советские патриоты» – если ранее они стеснялись открыто людоедствовать, то потом утратили всякие приличия.

Третья по мерзотности группа, конечно, была и в нулевые, и в десятые, но все же сильно отставала от ведущей двойки. И вот сегодня она сделала сильный уверенный шаг к первому месту – до золота вряд ли дотянет, но навязать борьбу, как оказалось, способна.

Это – наши местные охранители. Они всегда были удивительно изобретательны в умении любить начальство (безответно – сама власть, слава богу, всегда относилась к ним с заслуженным презрением) и радикальны в пропаганде мракобесия. Сегодня они пробили дно – стали запрещать не только поддерживать тех, кто им не нравится, но даже сочувствовать их кончине. Одно издание дошло до того, что укорило публику в самом факте обсуждения темы.

Можно как угодно относиться к новопреставленному Навальному – тем более, что de mortuis aut bene, aut nihil – сомнительная максима. Его кидки вчерашних партнеров и, тем паче, соратников из региональных штабов (принимавших на себя максимальные риски), сливы нескольких волн протеста, набор в команду отъявленной русоедской мрази и, наконец, фактически открытая работа на МИ-6 вкупе с лютым заукраинством не имеют и не могут иметь никаких моральных оправданий.

Но он уже несколько лет как был повержен – и потому радоваться его смерти и, тем более, глумиться над ней – это мерзость в духе представителей одного соседнего государственного образования, которые в свое время добивали сожженных людей и/или публично радовались их мучениям. «Предатели же». Сейчас, они, кстати, с той же радостью обсуждают и смерть Навального, и подлые теракты против мирного Белгорода.

Наши охранители сегодня – им под стать. Кажется, лишь один из таковых (притом реально близкий к власти) призвал «воздержаться от злорадства», написав именно про «мы не они» – молодец. Другие же то ли окончательно превратились в тех, с кем воюют, то ли решили выслужиться. И то, и другое – мерзость.

Потому что мы не они.