Критика гегелевской философии (4)

Гегель считал, что Мировой Дух постиг себя в его философии. И именно это является лучшим возражением против гегелевской религии. Что же дальше произошло с человечеством? Да, сначала Германия обрела себя во Втором Райхе Бисмарка, а потом в Третьем Райхе – и вклад немецкого идеализма в этот процесс нельзя преуменьшить. Левое гегельянство также построило целый ряд государств – в том числе, увы, и на нашей территории. Но что же произошло потом? Потом Дух (если он существует) как-то пошел вразнос. Вместо того, чтобы, познав себя, объединить человечество или хотя бы направить науку по пути диалектики, он «создал» неклассическую науку, поставившую под вопрос саму возможность познания. А также разъединился и раздробился – если в 19м веке на планете доминировала европейская цивилизация, то распад колониальной системы в 20м веке поставил крест на глобалистских проектах. Это важно особенно подчеркнуть, поскольку до сих пор большинство людей пребывают в иллюзии о том, что «мы живем в эпоху глобализма». Нет, глобализм умер более 60 лет назад – и уже, по-видимому, никогда не возродится.

Науки вместо того, чтобы (вооружившись системой Гегеля) интегрироваться друг в друга, все более дробятся – и даже в рамках одной науки существуют несколько авторитетных теорий, вполне корректных с теоретической точки зрения. И специалисты, работающие в рамках разных теорий (внутри одной и той же науки) могут вообще не понимать друг друга. Духу «не удалось» создать не единого языка наука, ни единого мирового языка, ни единой культуры, ни единых ценностей, ни масштабных (над-)государственных проектов. Варианта тут два: либо Мировому Духу не понравилось самопознание через Гегеля, либо же никакой всеобщей необходимости, в рамках которой все сущее разумно, действительно и движется к единой всеобщей цели, просто-напросто нет.

Можно, конечно, извернуться и сказать, что современное состояние мира есть «отрицание» Гегеля, после которого будет «снятие», и в будущем мы увидим, насколько нынешняя непохожесть мира на гегелевские идеалы была временной и исторически необходимой, но… такие уловки лишь еще раз обнажают не только неистинность гегелевской системы, но и казуистичность гегелевского метода.

И последнее. Немцы имели славную историю, но к 18му веку окончательно потеряли государственность. Каков был образ немца в 17-18м веках? Образ юноши бледного со взором горящим: романтик, мистик, мечтатель и поэт. То есть иностранцы воспринимали немцев исключительно как милых и наивных идеалистов, слабо способных крепко стоять на ногах. Кто читал Ницше, тот помнит, как часто он нападал на своих соплеменников и ругал их их «идеализмом». Для неподготовленного читателя это звучит странно: какие же немцы мечтатели? Но Ницше по инерции видел немцев такими, какими они были незадолго до его времени – страстными витателями в облаках. Вспомним пушкинского Ленского:

Он из Германии туманной
Привез учености плоды:
Вольнолюбивые мечты,
Дух пылкий и довольно странный,
Всегда восторженную речь
И кудри черные до плеч.