Маргиналия к фон Эшенбаху

«И перед залом потрясенным
Возник на бархате зеленом
Светлейших радостей исток,
Он же и корень, он и росток,
Райский дар, преизбыток земного блаженства,
Воплощенье совершенства,
Вожделеннейший камень Грааль...
Сверкал светильников хрусталь <...>.
Да. Силой обладал чудесной
Святой Грааль... Лишь чистый, честный,
Кто сердцем кроток и беззлобен,
Граалем обладать способен...
И волей Высшего Царя
Он королеве был дан не зря...».
(Из поэмы «Парцифаль»)

Святой Грааль – важная тема для культуры Средневековья. О нем было сложено множество литературных произведений – в том числе масштабная поэма Вольфрама фон Эшенбаха (1170–1220), процитированная выше. Чего только герои не выделывали ради обладания этой реликвией (в разных версиях являющейся либо кубком с кровью Иисуса, либо волшебным камнем) – кто любит эпические поэмы и куртуазные романы, легко может сам в этом убедиться.

Однако, и в последние века тема Грааля не наскучила человечеству – актуальность поддерживается то одним, то другим культурным явлением (от музыкальной драмы Вагнера «Парсифаль», создание было связано с интересом к нехристианскому языческому наследию Северной Европы, до недавнего «Кода да Винчи»). Интересно и то, что внимание теме этого кубка-камня уделили мистики и конспирологи, которых хлебом не корми – дай только очередную многовековую тайну. Так совокупными усилиями Грааль проник в массовую культуру.

Но как же мистико-религиозная мысль XIX–XX веков видит смысл этой средневековой легенды? И что вообще такое Грааль – в смысле, что дает его обладателю? Посмотрим некоторые мнения, а потом вернемся к поэме Эшенбаха. Начнем не с мистиков, а с нашего священника и религиозного философа С. Н. Булгакова (1871–1944):

«Святой Грааль (так мы будем условно называть излившуюся из ребра Христова кровь и воду) не подается для причащения, но пребывает в мире как его таинственная святыня, как сила жизни, как тот огонь, в котором мир преобразится в новое небо и новую землю. Ибо Церковь, тело Христово, есть не только "общество верующих", но и вся вселенная в Боге. Как человек есть микрокосм, а мир есть антропокосмос, так и область Церкви и сила ее простираются на все мироздание. Вся природа жаждет тела и крови Христовых и приобщается их – в крови и воде, излиявшихся на крест».

Таинственная святыня, сила жизни, огонь преображения антропокосмоса и всей вселенной в Боге... Все серьезно – ничего себе бокальчик! Ничего себе камушек! Но будем справедливы – все же высказывание Булгакова при всей своей торжественности является исключением из правил: в целом в православной философии (да и философии вообще) тема Грааля не слишком популярна.

Зато у любителей эзотерики Грааль оказался в почете. В «Утре Магов» Повель и Бержье «исследовали» оккультизм архитекторов Третьего Райха – мол, на поиски Шамбал и Граалей национал-социалисты не только тратили море ресурсов, но и сами являлись «наследниками рыцарей Грааля».

Еще мощнее выступил Юлиус Эвола, маргиналию к которому я недавно опубликовал. Он аж целую книгу выпустил – «Мистерию Грааля». Как и заведено у традиционалистов, интересующий нас артефакт в силу своей чуждости духу Современности тут становится жутко сакральной штукой:

«Сам Грааль представляет собой тот трансцендентный элемент, с помощью которого рыцари должны достичь своей полноты и своего совершенства: и это ясно видно в тех вариантах сказаний, где царство Артура прямо отождествляется с царством Грааля».

И:

«Раненый король, король, пребывающий в летаргии, король, умерший и лишь кажущийся живым, или живой, но лишь кажущийся мертвым, и так далее – таковы близкие и взаимозаменяющие темы, которые мы постоянно встречаем в цикле Грааля, вдохновенным особой жизненностью и силой последних высоких стремлений Запада восстановить свою сакральную структуру в согласии с законами великой, духовно-мужской и традиционно имперской цивилизации».

Ну что ж, давайте посмотрим, что же было в оригинале – какая там «сила последних высоких стремлений Запада». Оценим, так сказать, их высоту.