Многие начинают профессионально заниматься философией не потому, что способны к ней, а потому, что не способны ни к чему более живому, изящному и веселому. Вспомните знакомых, обладающих по-настоящему живым умом – увлекаются ли они философией? Готов поспорить, что нет – многие из них вообще не читают книг. Те их них, что читают, обычно довольствуются художественной литературой – потому что там больше жизни и живости мысли. В результате, те, кто более всего имеют способности к мышлению, остаются вне философии. Так философия становится уделом скучных людей, которые пишут скучные тексты на скучные темы для таких же скучных людей. Исключения имеются, но, будем честны – их можно перечесть по пальцам.

«Маргиналия к Монтеню»

*

Суть генерализации в том, что человек думает, что его индивидуальные дарования являются всеобщими. А раз не все смогли ими воспользоваться и стать похожими на него, то свои успехи он приписывает своему Я, а не своей природе. «Природа? Нет, это отговорки в пользу бедных, я просто много работал, падал и вставал, проигрывал и побеждал, это я и только я». Да, конечно – но только способность много работать и легко справляться с трудностями – это не приобретенный навык, а врожденная особенность. «Каждый может, люди одинаковы, нужно идти к своей мечте, все зависит от силы воли». Да, но только сила воли тоже врождена. Достаточно посмотреть на маленьких детей, дав им собирать конструктор. Одни бросят это дело через пять минут, а другие – изревутся, изголодаются, но не оторвутся – пока не соберут. Разная природа.

«О генерализации»

*

Я убежден, что последовательный гедонизм – ни что иное как распущенность, притом не в моральном, а буквально в физиологическом смысле: изначально более-менее цельный, человек распускает, расщепляет себя, потворствует тому, что его ослабляет. Стоицизм же при всем своем моральном пафосе – это этика для грубых, душевно бедных натур. Стоикам не хватает мягкости, тонкости, душевной теплоты и доброты. Они – оловянные солдатики Логоса, чуждые не только телесным, но и интеллектуальным радостям – в конце концов, они чуждые себе самим моральные идеалисты.

И вот между этими крайностями – дисфункциональным человеком и человеком-функцией – помещается эпикурейство. У него тоже много минусов – но, по крайней мере, он находится посредине между страстностью и бесстрастием, а потому он куда более разумен и гуманен. И, хочется надеяться, его история еще не окончена – хочется верить, что найдется тот мыслитель, который совместит эпикуровскую безмятежность души, трезвость ума и дисциплину желаний с платоновско-аристотелевской гражданственностью.

«Маргиналия к Эпикуру»

*

Неверие в заговоры – это чисто метафизическая установка, противоречащая наблюдаемым фактам. Вся история человечества – это история успешных и провальных заговоров, притом самые известные из них все изучали еще в школе.

«О конспирологии»

*

В последний век-полтора, когда традиционные функции общества прибрало государство, необходимость в социальной сплоченности резко упала. Роль связей в смысле блата все более понижалась, уступая место индивидуальным компетенциям. Техника позволила обходиться не только без рабов и крепостных, но уже и без домашней прислуги. Наличие системы независимого суда избавило от необходимости иметь хорошие отношения с авторитетами. Полиция заменила отряды самообороны. И так далее. Понятно, что все эти неформальные структуры не исчезли, но их сила и эффективность заметно снизилась. Произошло ли разобщение людей? Да. Печально ли это? В некоторых случаях – да, но вообще-то оно стало великим освобождением человека.

«Об атомизации»

*

Представьте, что вы хотите построить дом, чертите проект, накупаете стройматериалы – а тут приходит феноменолог и говорит о непроясненности того, как вам даны ваши кирпичи. И предлагает воздержаться от вынесения суждений о них и применить «феноменолого-психологическую, эйдетическую и трансцендентальную редукцию» (даже не спрашивайте, что это) акта восприятия кирпича. Если вы послушаете их, ваш внутренний мир станет богаче. Но дома у вас не будет.

«Маргиналия к Гуссерлю»