Ну и что могли противопоставить немцам – народу Гегеля, Вагнера и Гете – англичане, нация, которая «не умеет в культуру». Ницше, бывший не только германофобом, но и англофобом, весьма точно отразил их ограничения в «По ту сторону добра и зла»:

«Это вовсе не философская раса – эти англичане: Бэкон знаменует собою нападение на философский ум вообще, Гоббс, Юм и Локк – унижение и умаление значения понятия "философ" более чем на целое столетие. Против Юма восстал и поднялся Кант; Локк был тем философом, о котором Шеллинг осмелился сказать:"Je meprise Locke" [Я презираю Локка – М.В.]; в борьбе с англо-механистическим оболваниванием мира действовали заодно Гегель и Шопенгауэр (с Гёте).»

Более того:

«Что шокирует даже в самом гуманном англичанине, так это отсутствие в нем музыки, говоря в переносном (а также и в прямом –) смысле: в движениях его души и тела нет такта и танца, нет даже влечения к такту и танцу, к "музыке". Послушайте, как он говорит, посмотрите, как ходят прелестнейшие англичанки, – ни в одной стране нет более прекрасных голубок и лебедей, – наконец: послушайте, как они поют!»

Если говорить о философии, то англичане прямо (и, может быть, верно) поняли гегелевский посыл: история философии – это история Мирового Духа, достигшего апофеоза в Германии. Что англичане могли противопоставить философии, приватизированной немцами? Джереми Бентама? Джона Стюарта Милля? Герберта Спенсера? Играть в большие нарративы они не могли – потому что сами сидели на пороховой бочке: не будем забывать, что Великобритания – это феодальная страна (и тогда, и сейчас), тогда как Германия уже почти была массовым обществом, спаянной не наследственным правом собственности, а национальном духом, «бурей и натиском», «железом и кровью».

Так возникла аналитическая философия – как следствие интеллектуального поражения англичан в Kulturkampf (заметьте, что немцы понятие культуры прямо связали с борьбой: культура – это то, за что воюют и чем воюют). Ну а после двух проигранных (пусть не немцам, но американцам) мировых войн англичане вместе со всеми европейцами пошли дальше – начали дискредитировать культуру вообще. Почему «современное искусство» походит на что угодно, но только не на искусство? Да потому что искусство способно менять человека, возвышать его и побуждать к поступкам. Например – к войне, к террору и к мятежу. Соответственно, все возвышенное должно было быть изгнано из культуры – символично, что «История западной философии» Рассела (запоздалый и ничтожный ответ Гегелю) была выпущена в 1945 году. «Фаустовская душа», политическая, философская и музыкальная до мозга костей, была приговорена – ведь рожденный летать ползать не хочет. Восторженным летунам, европейцам, пришлось подрезать крылья.