Традиции интересны только одним: если они держатся достаточно долго, значит, в них есть здравое зерно. Если народы существуют тысячелетиями и не спешат растворяться в «едином человечестве» – значит, не стоит спешить объявлять себя «людьми мира» просто потому, что очередные полудурки объявили модной веру в «мир без границ». Если моногамная семья никуда не делась (несмотря на все произошедшие с ней изменения) – не нужно думать, что завтра браки исчезнут. Если люди много тысяч лет верят в высшие силы, не следует рассчитывать на то, что адронный коллайдер отменит религии.

То есть традиции ценны не своей древностью (вот уж сомнительная ценность). Наоборот: они древни своей ценностью. Если бы они не были выражением чего-то вневременного (то есть не соответствовали самой сути человеческого рода), они бы не смогли долго продержаться.

В общем:

1) Оппозиция старого и нового – ложная, а реально лишь противостояние хорошего (лучшего, образцового) и дурного (худшего, вторичного). Когда сравнивается новое и старое как таковые, исчезает главная характеристика всего сущего – качество. Часто новое лучше старого, иногда – хуже. Но сами оценки «лучше» и «хуже» метафизичны, а не историчны.

2) Любое отнесение себя к временному является отнесением себя к временному – то есть к тому, что неизбежно устареет и потеряет ценность.

3) «Идти в ногу со временем» и «свято чтить традиции» – одинаково постыдно для существа, наделенного автономией разума и воли.

Любить «старые добрые времена» – нормально. Пытаться вернуть их – тупо. Заниматься искусством – нормально. Заниматься «актуальным искусством» – тупо. Писать прозу – нормально. Относить себя к «прозе тридцатилетних» – тупо. Быть правым – нормально. Быть «новым правым» – тупо. Быть молодым – нормально. Быть «представителем молодого поколения» – тупо.