Одно из самых странных и непонятных мне явлений – это добровольная самоидентификация по возрасту, поколению, веку и прочим временным отрезкам. Одно дело, когда другие определяют тебя как «зумера», «совка» или «человека старой закалки». Другое – когда человек сам себя видит продуктом своего времени. Тем самым он без зазрения совести признает свой интеллектуальный конформизм. И еще и радуется своей несвободе.

Бог или природа создали человека разумным – способным мыслить вне временных ограничений. Отождествлять себя с настоящим (равно как и с прошлым) – значит выписывать себя из истории и честно признавать: «Я умом прискорбен, я дурачишка, зато от жизни не отстал [либо «в наше время»]».

Помню как одноклассники мне объясняли, что джинсы или брюки плюс свитера или пиджаки – это вообще не круто, потому что это носят предки. Сейчас они переоделись в это вот самое – а я как носил это в 13, так и ношу до сих пор. Я никогда не чувствовал себя принадлежащим к «молодому поколению» – потому и к «старшему» тоже относиться не буду (даже если доживу).

Нападать на моду – дело простое, так что посмотрим поглубже и повыше. Особый идиотизм – делить на старые и новые произведения искусства. Помню, посоветовал знакомому какой-то фильм начала нулевых. «Да ну, это старьё».

И искусства есть только два положения (крайних, между которыми, понятно, есть своя иерархия): хорошее и дурное. Хорошее искусство характеризуется как раз тем, что очень медленно устаревает или не устаревает вообще. Отсюда понятия классики – то есть образца.

Когда именно была создана классика – вопрос десятый. Совсем свежая классика радует вдвойне: факт того, что живешь в одно время с новым вечным образцом, напоминает о том, что сам находишься не только во времени, но и вне него. Время само становится свидетелем собственной немочи перед вечностью.

Старая классика не принадлежит прошлому, современная – настоящему, а завтрашняя – будущему. В этом и есть ее суть.

Недавно появилась «новая этика». Сколько я про нее не читаю, я нигде не нахожу ни одного размышления о том, истинна и добродетельна ли она. Даже ее сторонники ничего не говорят о ней помимо того, что она приходит на смену, разрушает сложившиеся, разрывает порочную, является препоной для, способствует прогрессивным… То есть понятно, чем «новая этика» нова, но непонятно, насколько она этична.

Те, кто с ума сходит по старине – ничем не лучше тех, кто любит новизну. Скудоумные прогрессисты ничем не хуже блюстителей традиций. Ничего важного в традициях нет – вся история состоит из уничтожения традиций. Основатели всех традиций были от традиций свободны – иначе бы не осмелились учредить свои. Любить же их просто за то, что они старые – это чистый карго-культ.