У меня был один прокол на этой теме. Дело было два года назад. Я уже проставил оценки – но одна студентка не смогла прийти на подписание зачеток. Мне нужно было просто поставить подпись. Был конец декабря – в вузе я уже не планировал появляться. Она позвонила мне и спросила, где можно было бы встретиться. Конечно, логично было бы у ближайшего ко мне метро – но на машине к нему особо не подъехать, а на общественном транспорте я ездить не люблю, плюс снега было по колено. Я объяснил ей это и добавил примерно следующее: «Мне было бы удобно, если бы вы подъехали к моему дому – наберете меня на подходе, я спущусь и подпишу».

Еще раз – зачет у нее уже был, и я сказал, что ехать нужно не ко мне домой, а к дому – и что я спущусь. И тут она как-то заюлила и сказала, что ей не срочно. Лишь спустя полчаса я понял, в чем дело – мое предложение выглядело по-князевски. В итоге мы встретились у метро.

Так вот. Я сделал глупое предложение – то есть сам дал повод воспринять мои слова неоднозначно. Это был косяк – у студентов даже мысли о харрасменте не должно возникать.

Пару раз бывало, что студентки писали мне на посторонние темы (ничего из ряда вон, надо сказать) – я вежливо отвечал, что не считаю возможным вступать в переписки на предметы, не относящиеся к моей дисциплине.

Ибо нельзя. Потому что преподаватель – не частное лицо. Он представитель науки и образования (даже если, как в моем случае, он просто аспирант). Представитель не в вузе и даже не в стране: речь о науки как таковой и педагогике как таковой. С древнейших времен до наших дней.

Также сейчас вспомнил, как подкатывал к одной преподше, когда был студентом. Но делал это, когда уже не был ее студентом, чтобы не ставить ее в дурацкое положение. Тогда я ничего не знал ни про такие профессиональные этики – но это ж любому понятно, правда? Неправда, как оказывается.

Короче, из-за таких Князевых все педагоги оказываются более уязвимыми. «Всех продал».