Вчера мы говорили об искажениях в оценках объективной реальности, возникающих из-за чрезмерного доверия своим ощущениям и переживаниям.

В эстетических оценках большинство людей также не могут отличить объективное от субъективного – отчасти из-за тех же самых эмоций, но, прежде этого, из-за разницы предпочтений, из-за вкусов.

Есть простой тест на понимание разницы между объектом и отношением к объекту: вопрос о том, существуют ли объективно красивые вещи. Ответ обычно таков: кому что нравится, на вкус и цвет, кому арбуз, кому свиной хрящ, все от человека зависит и так далее. Короче, ответ отрицательный.

И неправильный. Существуют объективно красивые и прекрасные вещи. «Но ведь каждому свое – кому таторы, а кому ляторы».

Да. Но это не аргумент. То, что у людей различаются вкусы, не означает, что каждый прав по своему. Что кому нравится или не нравится – это субъективные оценки. А красивое и прекрасное – это объективные характеристики объектов. И одно с другим может не совпадать. «Я понимаю, что это прекрасно, но мне не нравится». «Я понимаю, что это не шедевр, но мне нравится». И когда мы обладаем знанием критериев красоты, нам проще различить собственные впечатления и реальные характеристики предмета.

Чтобы не рассуждать абстрактно, приведу личные примеры. Я ничего не понимаю в музыке, а потому разница между объективно признанными мастерами и моими предпочтениями бесконечно велика. Несколько специалистов в музыкальном ремесле объясняли мне, чем прекрасны битлы, но меня от них воротит – от всей их слащавости и полного отсутствия возвышенности в ритмах и текстах. Но я просто не могу их объективно оценить – потому что не владею критериями. Верю на слово, хотя очень хотел бы понять, почему Битлз, Мадонна или Queen (окромя двух обожаемых мной композиций) – это объективно прекрасно, а Nightwish, Наутилус или Пикник – нет.

Но, например, в поэзии я разбираюсь хорошо. И понимаю, что, скажем, Вадим Шершеневич или Владимир Нарбут – не великие поэты, но я люблю их куда больше, чем Фета или Мандельштама. Хотя понимаю, что последние лучше первых. Это дело вкуса (нравится-не-нравится), не имеющее прямого отношения к самим объектам.

С человеческой красотой – то же самое. Есть объективно красивые люди – и критерии человечьей красоты известны уже пару тысяч лет. Например, что высота головы должна равняться 1/8 человеческого роста. Или что между двумя глазами должен точно помещаться еще один глаз. И несоблюдение этих пропорций мы сразу отмечаем как отклонение от канонов красоты. И сколько бы феминистическая сволочь не объясняла людям, что стандарты красоты навязываются обществом (а, значит, условны), это не отменяет простой как две копейки истины – что красота существует вне зависимости от наших предпочтений. Существует в вещах, а не в нашем сознании.

Однако это не отменяет того, что нам могут нравится близко посаженные глаза или маленькие носы. Разнообразие вкусов (мнений) никак не дискредитирует существование истины.

Собственно, все это давно известно – еще Парменид разделил мнение и истину, а Платон полжизни посвятил их различению. Но что толку, если затруднения в этих вопросах нам врождены, а значит избавиться от них у нас никогда не получится.