Почему до сих живой интерес философов к Античности нисколько не утихает – и, скорее всего, не утихнет? «Начало философии»? Начало. «Великие имена»? Великие. «Важнейший материал для понимания всего последующего»? Важнейший. Но все это аргументы номер дцать. Мы с удовольствием обращаемся к Античности, потому что… нам там хорошо.

В чем мы реально можем позавидовать древним грекам? Что так завораживает нас даже в досократиках, первенцах и апостолах Логоса – не говоря уже о классиках древности? Если убрать традиционалистские брюзжания по типу «раньше люди были умнее, духовнее и нравственно чище» (которые суть ложь и трындеж) — то что же заставляет нас обращаться на 25-30 веков назад?

Прежде всего то, что по своему мироощущению «древними» являемся как раз мы — внуки Античности. Это мы нагружены непереваримым объемом знаний и невыносимым грузом воспоминаний. У нас за плечами — клиническая смерть нашей колыбели под копытами конницы германских варваров и от удушья монотеистского сектанства. У нас за плечами шесть веков культурной комы и пять веков реабилитации.

И потому мы — древние.