Часть первая. Суть "Антихрупкости" (2)

Поначалу Талеб рассматривает триаду понятий на примере экономики. Современную финансовую систему он (на примере США – кризиса 2008 года) беспощадно разделывает под орех. Эту систему делают хрупкими 2 фактора:

1. Она строится на прогнозировании. Но любой прогноз ограничен статистикой, а потому уязвим. В любой момент может появиться такая случайность, которая станет черным лебедем. В результате – риски сильно превышают возможные выгоды, и одна случайность может уничтожить всю систему. И чем больше мы полагаемся на прогнозы, тем больнее нас клюнет злое длинношеее.

2. Банки совершенно антихрупки – но именно из-за этого хрупка вся система. Талеб описывает довольно жуткую ситуацию, которая случилась в реальности в 2008. Если банк получает прибыль – его менеджеры (не владельцы, а именно управленцы, executive – нанятые сотрудники) получают многомиллионные бонусы. Если банк проигрывает, и перед ним маячит угроза банкротства – нет, его не банкротят. Его спасает государство из бюджетных (народных) денег. Менеджер ничем не рискует. Все прибыли – его. Все убытки – народные. То есть банкиры не рискуют собой – но рискуют все остальные. Государство страхует банки – но в результате делает себе только хуже. Талеб называет такую ситуацию агентской проблемой или, говоря проще, конфликтом интересов. Менеджеру выгоден риск, который не выгоден обществу. Так же и врачу не выгодно здоровье, которое выгодно пациенту – и так далее.

В таком положение Талеб видит главную опасность не только в экономике, но и во всем сущем. Гиперопека родителей делает хрупкими детей. Пристрастие к лекарствам делает хрупким организм. Фанатичная приверженность теории производит разрыв между знанием и практикой. Чем сильнее регулирование, косность и стремление избежать потрясений – тем сильнее эти потрясения бьют впоследствии.

Стремлению все зарегулировать и везде подстраховаться он противопоставляет стратегию проб и ошибок, стратегию риска – ее он называет гормезисом. Это слово означает старый принцип – чтобы яд не подействовал, нужно заранее подвергать себя воздействию малых доз. Малые ущербы, локальные риски тренируют систему – равно как любовь к ошибкам и потерям страхуют нас от больших неудач. Лучше 100 раз упасть с метровой высоты, чем один раз со стометровой. Лучше 100 рискнуть по мелочи, чем избегать любых рисков – иначе первый черный лебедь столкнет тебя в пропасть. Постоянное вмешательство – будь то государственничество в экономике или вечное глотание лекарств для поддержания здоровья – и есть путь в пропасть.

Вмешательство базируется на механицизме. Да, чтобы пароварка работала, за ней нужно следить, ее нужно чинить. Талеб видит ошибку в том, что человека или общество также считают такой вот механической утварью. Но что полезно в отношении техники, вредно в отношении организма. Организм не закаляется от таблеток, равно как общество не развивается от регуляций. Органическое воспринимается как механическое – и оттого необоснованным вмешательством превращается из антихрупкого в хрупкое.

(Продолжение последует)