В кино существует популярный ход – особенно он был распространен в не слишком качественных боевиках 90х – когда положительный герой, одержав победу над своим противником, вдруг проявляет милосердие и оставляет его в живых. Выглядит (выглядело) это так: полтора часа главный герой (типа абсолютное добро) борется с отрицательным (абсолютным злом), но, несмотря на все его злодейства и подлости, все-таки повергает негодяя. И в момент, когда остается один удар или выстрел, должный отправить антагониста в Тартар, наш герой сжаливается под соперником и протягивает ему руку / убирает ствол / уходит с гордым видом. Но злодей обыкновенно не принимает этот дар и вновь атакует добрячка со спины. И вот тогда уже герой с полным правом его аннигилирует.

Помню, особенно меня раздражал этот момент в «Трансформерах» - не в современных, а в мультиках 90х. Десептиконы разрушили несколько городов, убили кучу народа и вообще хотели уничтожить планету, но благочестивые автоботы отражают их атаку, берут душегубцев в котел покруче Иловайского и… отпускают. Я никак не мог понять, почему хорошие помогают плохим.

Посыл понятен – добро на то и добро, что оно милосердно. Учитывая возраст зрителей, продюсеры доносят им эту несложную мысль – надо проявлять «милость к падшим» и не марать руки насилием.

Но на деле такие действия подталкивают зрителей к весьма нехорошим выводам. У Ницше в «Генеалогии морали» есть известный пассаж про «добрых» - о том, что в любом языке «добрый» идет в связке с «глупым». Доброго легко обмануть, он безвреден, бесхитростен и наивен. Именно таково большинство положительных героев – тем они глупее, чем они добрее. А вот отрицательные герои, напротив, умны, изобретательны, находчивы, а потому куда более обаятельны – хотя бы своей витальностью и естественностью.

Что же это такое – все это наивное милосердие картонных героев? Это намеренная дискредитация добра. Нам инстинктивно нравятся хорошие люди. Но также нам нравятся сильные и умные – так утверждают эволюционисты. Но в описанных сюжетах происходит очень печальное явление – противопоставление добра силе и разуму.

В Античности сила, разум и благо были атрибутами Богов и достойнейших из людей. Ни Платон, ни Аристотель, ни Аврелий даже представить себе не могли, что добродетелью может быть объявлена наивность вместо мудрости, милосердие вместо справедливости и кротость вместо мужества. Но в христианскую эпоху разум и добро пошли вразнос, а потому до сих пор нам внушается, что зло очень коварно, а добро безыскусно, почти бессильно и невыносимо скучно. И вместо того, чтобы херачить скверну, воспламенившись благородной яростью, сегодняшнее добро глупо ей улыбается и грозит корявым пальчиком.

Не бывает добродетели вне разума – в языческой древности раньше это знал каждый. Потом пришло христианство и объявило добро безумием и бессилием. Эта подмена – одна из самых хреновых, что произошли за последние тысячелетия: сегодня сказать, что ты хочешь жить нравственно, это все равно, что признаться в отсутствии лобных долей и тестикул.

А потому Бэтмен всегда будет выглядеть чмошнее Джокера, а Джон Сноу – Рамси Болтона.

А надо бы наоборот. Чтобы фраза «я хочу жить нравственно» воспринималась так: «Я знаю, что такое добродетель, а потому я буду мудр, справедлив, мужественен и рассудителен (как завещал великий Платон) – и всех врагов добра опиздюлю во славу Богов».