Согласен в том, что касается историко-философских, исторических и прочих научпоповских каналов. Тут все отлично. А вот оригинальная (точнее, претендующая на оригинальность философия – тем более, политическая) упала на уровень русской мысли конца XIX века.

Впрочем, причину вижу не столько в качестве мыслителей, сколько во внешних обстоятельствах: пространство свободы слова сильно сузилось, а это никогда не приводит к расцвету философии. Потому и упомянул в тексте Джона Стюарта Милля, чья книга «О свободе» в сегодняшнем мире выглядит еще более экстравагантно, чем 175 лет назад.