В силу прямого указания закона судья Елена Докунина обязана была проверить обоснованность обвинения в целом — но не сделала этого.
В силу прямого указания закона судья Елена Докунина обязана была проверить обоснованность обвинения хотя бы в части элемента, позволяющего применить самую строгую меру пресечения в виде содержания под стражей, — но не сделала этого.
При этом судья Докунина явно намеревалась избрать домашний арест: весь ход процесса —вопросы, реплики судьи, поведение Докуниной — всё указывало на такой исход. Даже то, что она приветливо и "нормально" поздоровалась с адвокатом Павлом Розуваном перед началом процесса указывало на то, что "стражи не будет". Павел сказал мне потом, что если планируется арест, то судьи ведут себя иначе. И что он был шокирован решением об аресте.
...из "совещательной" судья Докунина вернулась другим человеком.
Очевидно, что судья Докунина с кем-то разговаривала, пребывая в "совещательной".
Очевидно, что на судью Докунину было оказано давление. Потому что никакая женщина — с виду нормальная — в здравом уме не станет арестовывать на два (!) месяца отца троих несовершеннолетних детей, находящихся полностью (!) на его иждивении, родившегося и всю жизнь проживающего в городе Кирове, имеющего прочные социальные связи, общественного деятеля, члена государственного органа и т. д., и т. п. При отсутствии, напомню, "тяжких последствий" — т.е. при невозможности "стражи" в принципе.
В итоге судья Октябрьского районного суда г. Кирова Станислав Арасланов, не пожелавший участвовать в этом "кощеевском произволе", установил, что тяжкие последствия отсутствуют, указав буквально следующее:
...отсутствие тяжких последствий вытекает из самого текста обвинения — и не требует дополнительного исследования.
Т. е. суд установил, что тяжких последствий не только не было изначально, но они даже и не были указаны в самом обвинительном заключении! При этом я просидел в пыточных условиях спецблока СИЗО-1 девять месяцев. Куда меня отправила судья Докунина.
Позже отсутствие тяжких последствий установил и судья Ян Шавшуков.
Если бы судья Елена Докунина знала наверняка, что уйдёт в отставку или сядет, то она вряд ли стала бы отправлять под стражу заведомо невиновного в совершении "тяжкого" преступления человека... Заведомо невиновного, подчеркну: суд уже установил, что тяжких последствий не было изначально.
Наша задача — рассказать о "кощеевском произволе" Игорю Краснову.
И мы расскажем. Если не я, то мой невероятный адвокат Виолетта Волкова расскажет.