Мэры как джинны губернаторов

В Новосибирске на следующей неделе с высокой вероятностью отменят прямые выборы мэра, несколько месяцев назад их убрали в Томске. Поделился с газетой Континент-Сибирь своими мыслями о том, к каким последствиям привела отмена прямых выборов мэра в Красноярске:

В Красноярске прямые выборы мэра отменили в 2015 году. Действующий глава Эдхам Акбулатов оправдывал это всероссийским трендом, но тогда Красноярск несколько обгонял время. С Акбулатовым отмена прямых выборов сыграла злую шутку: вроде соглашался отменить для себя, но в крае сменился губернатор, вместо лояльного к нему Виктора Толоконского пришёл Александр Усс, с которым у действующего градоначальника были натянутые отношения со времён, когда последний возглавлял краевое правительство (если не раньше). Усс кулуарно «попросил» Акбулатова не выдвигаться в главы городской администрации и в некоторой суматохе вместо него в кандидатах появился министр транспорта Сергей Ерёмин. Тот в кресле мэра расцвёл, из серого чиновника превратился в электорального политика, уровень поддержки которого обогнал рейтинг Усса. И через пять лет опять непрямые выборы стали для мэра-ставленника злым роком. Усс дал Ерёмину отворот-поворот на продление полномочий, выставив на конкурс исполнительного и несклонного к публичности первого заммэра Владислава Логинова.

Сергей Еремин – чиновник с очень непрестижным образованием, который и на своём месте министра транспорта звёзд с неба не хватал: получил это назначение, потому что его отец работал в Заксобрании края вместе с Александром Уссом. Новая креатура Усса, нынешний мэр Владислав Логинов, – офицер, служака: всегда на вторых ролях. За его спиной нет каких-то успешных проектов. Поэтому его назначают мэром.

Конкурсная система отбора сити-менеджера ничего не гарантирует. Ни уникальных управленческих качеств назначенца, ни благосклонности региональных властей по проектам. Мэр будет просто лояльным с хорошей выслугой перед начальством. Проекты в региональных столицах будут появляться, но на них всегда будет стоять ярлык «по инициативе губернатора», ну и носят они косметический, а не принципиальный характер. В Красноярске были после отмены выборов мэра реализованы масштабные проекты благоустройства за краевые и федеральные деньги (парки, скверы, набережные), но все они позиционируются как губернаторские.

Противостоять отмене прямых выборов в Красноярске никто не пытался. В городских советах обычно большинство у партии власти, а они любые инициативы берут под козырёк. Бузят немного парламентские оппозиционеры, но и они понарошку, потому что чуть большее бузотёрство будет приструнено силовиками.

Непрямые выборы мэра – стопор для развития карьеры электоральных политиков. И механизм для назначения на должность «своих» людей. Это особо актуально при смене власти в регионе, назначении врио варяга и так далее. Отдаляется ли при этом мэр от народа? Да, безусловно. Даже активный в соцсетях, публичный в СМИ мэр Красноярска Сергей Ерёмин минимизировал свои контакты с людьми (приёмы граждан, встречи и т.д.), практически не встречался с депутатами Горсовета и членами Общественной палаты города.

Прямые выборы – это инициация политика, осознание им своей ответственности перед избирателями, жителями. Если губернатор выдвигает, а голосованием в горсовете рулит замполит региональной администрации, то ставленник на пост мэра во всем становится обязан им. Он их джинн из лампы, а желаний может быть хоть три, хоть триста тридцать три. Захочешь самостоятельности – найдут другого джинна.

После отмены прямых выборов мэра в Новосибирске последним бастионом демократии в Сибирском федеральном округе останется Абакан, республиканский центр Хакасии . Но это очень условно. Последние выборы там были фактически безальтернативными, единоросс Алексей Лемин набрал на них под 90 процентов, а на предыдущих ныне покойный единорос-тяжеловес Николай Булакин – почти 80%. Если сейчас захотят Лемина назначить врио губернатора, то чудным образом выборы и в Абакане станут практически мгновенно непрямыми.