По мере того, как дождевые черви роют норы и питаются, они увеличивают пористость и аэрацию навоза, поддерживая богатые кислородом условия, которые подавляют многие анаэробные бактерии, часто несущие гены устойчивости и способствующие более быстрому разложению остаточных антибиотиков.
Кроме этого, процесс механического измельчения, участие пищеварительных ферментов и микробиома кишечника червей дополнительно повреждает устойчивые бактерии и их ДНК.
Ключевое преимущество, по словам исследователей, заключается в том, как дождевые черви перестраивают микробное сообщество.
Но я бы хотела вернуться к аэрации. Повторю что в исследовании отмечается, что это подавляет анаэробные бактерии, часто несущие гены устойчивости и способствующие более быстрому разложению остаточных антибиотиков. Из этого хочется сделать минимум три важных замечания:
- аэрация при обычном компостировании (за счет ворошения, принудительная) – это не только организация правильного процесса компостирования, но еще и, оказывается, важная мера для снижения антибиотикорезистентности (если эффективно с червями, то будет эффективно и без них?)
- осадки сточных вод с очистных сооружений, в которые часто попадают бытовые антибиотики, было бы полезно прогонять через вермикомпостирование
- анаэробное сбраживание. Вот тут сложное. Метантенки для сбраживания навоза скота, для сбраживания осадков сточных вод применяются для выработки биогаза и производства дигестата, который потом можно использовать в качестве удобрения. Но там работают как раз анаэробные бактерии, а в исследовании отмечается, что именно они часто несут ген устойчивости. Интересно, поможет ли в этом случае последующее вермикомпостирование дигестата (и захотят ли черви его употреблять).
Барри Коммонер в своей книге «Замыкающийся круг» писал:
В каждом живом организме воплощены два или три миллиарда лет R&D.
Если вернуться к червям, то их возможности, то, что они делают, всего лишь просто проживая свою лучшую жизнь, снова и снова напоминают нам о том, что то, что уже есть в природе, может быть намного эффективнее всего, что мы пытаемся придумать.