Писатели-офтальмологи: как удмуртская литература боролась с трахомой

Здесь в комментариях задали вопрос о «син майтал» («мыло для глаз» или «глазное мыло») и его применении в двадцатые-тридцатые годы 20 века для лечения трахомы (глазная болезнь). Хотела ответить кратко, но внезапно получился лонгрид.

Трахома, бушевавшая в конце 19 — начале 20 века в Поволжье, привела к слепоте многих удмуртов (и представителей других народов). Заболевание и борьба с ним отражены в удмуртской художественной литературе, которая в то время несла важную просветительскую функцию. Обратимся к книгам на удмуртском языке, изданным с 1924 по 1930: переводным брошюрам врачей и художественным текстам удмуртских писателей.

В переведённой с русского языка книге Якова Глобы «Тракома шуон син висён» («Болезнь глаз — трахома») (Москва, 1924) приводится топ-8 способов уберечься от трахомы. Автор советует держать дом в чистоте, следить за гигиеной, мыть руки с мылом после работы, а ещё рекомендует не здороваться с человеком за руки и касаться руками к носу и глазам (что-то знакомое, да?)

Ещё одна переведённая книга — «Чылкыт улон — таза луон» («Чистота — залог здоровья») Всеволода Горбова (Москва, 1925). Собственно, здесь речь идёт о том, что если мыться кипячёной водой и мылом, то и с болезнями бороться особо не придётся. Ещё приведена любопытная статистика и упоминается то самое «глазное мыло» (здесь и далее подстрочники с удмуртского) :

«Американец за сутки расходует на личную гигиену 20 ведёр воды, англичанин — 10 ведёр, житель Москвы — 6 ведёр, наши крестьяне — 2 ведра <...> Тот, кто расходует много воды — использует и много мыла. Если воды мало, то и мыла мало.
Если говорить об удмуртском народе, они воду и мыло особенно мало расходуют. За сутки один человек не расходует и 2 ведра воды. О числе тех, кто моется с мылом, и говорить нечего. Думают, что мыло — это дорогое лекарство. Мыло для лица считается глазным мылом. Так и видим, что гигиену не соблюдают…»

Вернёмся к художественной книге «Перепеч» (Ижевск, 1927) Багай Аркаша. Там герой использует мыло в качестве парфюма:

«Чтобы не пахло луком, намазал волосы духами-мылом. Это мыло покупали, чтобы лечить больные глаза дедушки. Глаза дедушки, конечно, болят, но ведь без этого мыла разве посмотрит на меня незнакомая девушка? Глаза старика или настроение молодого человека дороже? Скажите-ка, друзья!..»

Смотрим книгу «Мар тодӥз тракома сярысь Карпа агай» («Что узнал о трахоме дядя Карп») (Ижевск, 1930) первой удмуртской поэтессы и врача-офтальмолога Ашальчи Оки, которой за особые успехи в ликвидации трахомы присвоили звание «Заслуженный врач Удмуртской АССР» (а её друг, писатель Кузебай Герд, называл её «цветком трахоматозных полей»). В книге мыло почему-то не упоминается, но автор также напоминает читателям, что нужно жить в чистоте:

« — Э-э, — ответила жена Яко доктору. — Раз так, надо каждому отдельную посуду. Куда уж нам! И один тазик еле находим…
— На посуду много денег не требуется, — сказал(а) доктор. — Сколько тратим на еду — этого не считаем. Если отдельную посуду купить не получается, всё равно одной водой из таза не пользуйтесь. Когда умоешься, сполосни за собой посуду кипятком…»

Хотя в книге про мыло ничего нет, доктор (или докторка, тут непонятно) раздаёт больным ту самую книгу Якова Глобы.

В рассказе Ашальчи Оки «Культпоход» (1929) сельскому врачу снится собрание болезней, совещающихся о том, как извести народ:

«Глаза Трахомы налиты кровью, из них выходит гной. Тряся упитанным телом, Трахома начала свой рассказ:
— Ты, Смерть, зря пугаешь нас. <...> Я думаю прожить среди удмуртов лет пятьдесят-шестьдесят. Я — как толстая сосна. Сами видите. Корни ушли глубоко, во все удмуртские деревни <...> Когда удмурты научатся пользоваться личными полотенцами? Кто их научит? Среди них нет образованных людей. У-у-уй, я ещё много удмуртов оставлю слепыми…»

В основном авторы пишут о важности личной гигиены, просят больных идти к врачу и не ходить по знахаркам. А «син майтал» — это, по сути, обычное мыло, но его использовали экономно, чаще при болезнях, вот оно и получило такое название.