За последний месяц топливо в Армении заметно подорожало. Бензин «регуляр» стоит 600 драмов за литр, «премиум» — 620, дизель — 710. Месяц назад было 550, 580 и 650 соответственно. Рост ощутимый, и он бьёт по всем — от водителей до фермеров.
Доктор экономических наук Татул Манасерян видит причину в поведении импортёров. Они страхуются от рисков на Ближнем Востоке и заранее закладывают возможные издержки в цену. Однако экономиста больше волнует другое — регулирующие и контрольные функции государства.
🔴Что предлагает эксперт
Первое. Комиссия по конкуренции вместе с Комитетом госдоходов должна отслеживать разницу между закупочной ценой топлива и конечной на розничных заправках. Наценка должна быть прозрачной. «В наш век цифровизации смешно звучат отговорки: не знаем, когда купили и за сколько», — говорит Манасерян.
Второе. Спекулянтов нужно не просто штрафовать. Сверхприбыль, полученную за счёт необоснованного завышения цен, следует облагать налогом. Иначе теряется смысл наказания.
Третье. Государственные резервы топлива нужно пополнять. При нестабильности на мировом рынке — это не роскошь, а необходимость. Заняться этим следовало раньше.
🔴Особый акцент — на дизель
Дизельное топливо критически важно для сельхозпроизводителей. Именно от него зависят расходы фермеров. Чтобы сбить цены в этом сегменте, Манасерян предлагает механизм госзакупок.
Государство покупает у импортёра партии топлива и продаёт фермерам без наценки и акциза. Это снижает издержки аграриев. По мнению экономиста, аналогичный подход можно применить и ко всему топливному рынку — закупать определённые объёмы и продавать с минимальной наценкой. Так государство влияет на рыночные цены напрямую.
«Зачем допускать, чтобы импортёры получали сверхприбыль, а государство за счёт бюджета субсидировало эту сверхприбыль?» — задаёт он вопрос.
🔴Что мешает
Манасерян критикует правительство за нежелание прислушиваться к рекомендациям. Власти не склонны следовать советам экспертов, а последствия их решений в итоге ощущают на себе простые граждане.
Фон для роста цен — мировой рынок. После эскалации между США и Ираном в начале сентября Brent вырос с чуть более 90 до более чем 100 долларов за баррель. Это давит на все страны-импортёры, но кто-то реагирует, а кто-то — нет.